ЖеЖ

50 537 подписчиков

Свежие комментарии

  • Владимир Акулов
    Посмотрим на ...тепловоз ! Форма тепловоза не очень красива... Она подчинена СОДЕРЖАНИЮ И СУЩНОСТИ тепловоза - тяну...Бетти Бросмер — о...
  • Владимир Акулов
    КРАСОТА /// КРАСОТА молодых девушек... Ох, и дурит нашего брата , мужика КРАСОТА этих молодых девушек! Специа...Бетти Бросмер — о...
  • Владимир Акулов
    О СМЕРТИ 2 /// Споры на форуме. - Смерти нет . Смерть иллюзия. Петя Петров ОТВЕТ: -Покойник ум...Вам смерть стоиче...

Организованная антропосфера

Print Friendly Version of this pagePrint Get a PDF version of this webpagePDF

1117867

От публикатора

Содержание

Ранняя работа классика теоретической географии, автора идеи поляризованного ландшафта (спасительной для дикой природы в староосвоенных регионах — и одновременно для населения городских центров, сохраняющих в этом случае рекреационный ресурс) Бориса Борисовича Родомана, о том, как на тех же принципах организуема вся биосфера. Нам существенно, что и антропосфера, описываемая в статье, и поляризованный ландшафт, реализуем лишь при плановой экономике, когда развитие ориентировано  на долговременную устойчивость используемой природы и рабсилы, почему хозяйствующие субъекты заранее вкладываются в их восстановление после нарушений предшествующего использования (природа) и в образование, лечение, жильё и питание будущих работников - а не откладывают сие на потом, когда первое разрушится/загрязнится, а вторые восстанут или прекратят размножаться, как это делает рынок. Тем более план и общественная собственность на средства производства нужны для разумной организации изменённой человеком природы, без чего и её не сохранишь, и не удовлетворишь человеческие потребности.

Родоман Б.Б.

Авторское резюме. Эволюция жизни на Земле, появление человека, весь общественно-исторический прогресс – всё это, по сути дела, этапы единого процесса развития поверхностной оболочки нашей планеты.

В публикуемой статье популярно изложены новейшие научные идеи о взаимоотношении природы и общества, о рациональном природопользовании, о районных планировках, о территориальной организации транспорта и обслуживания населения. Автор затрагивает также интересную проблему самоорганизующихся систем, а в последних частях статьи выдвигает гипотезы о далёком будущем нашей планеты.

***

Несколько миллиардов лет назад в результате взаимодействия космических факторов и внутренних сил Земли на поверхности нашей планеты, в месте соприкосновения горных пород с водой и воздухом, образовалась природная географическая оболочка – гигантская «оранжерея», редкостным, но, быть может, не случайным стечением обстоятельств подготовленная для возникновения жизни.

Если мы попытаемся как-то объединить и обобщить известные, широко распространённые взгляды на природу и будущие судьбы Земли, высказывавшиеся ещё А. Гумбольдтом, В.В. Докучаевым, В.И. Вернадским, с новейшими представлениями о взаимодействии природы и общества, мы невольно приблизимся к такому выводу.

Естественная эволюция растений и животных, включая её продолжение – появление человека с его трудом, техникой и всем общественно-историческим прогрессом, вплоть до выхода в космос, – это составные части и этапы единого процесса развития приповерхностной оболочки нашей планеты.

В первые сотни тысяч лет своего существования человек не мог сколько-нибудь заметно изменить окружающую природу: примитивный разум и грубые орудия служили ему так, как служат животному зубы, когти и быстрые ноги [сегодня понятно, что для Homo sapiens это неверно, см. плейстоценовый перепромысел, истребивший мегафауну — эдификаторов лесных и травянистых сообществ на всех континентах, кроме Африки. Вся история нашего вида суть преобразование природы в масштабах, какие не снились зубрам, турам, бобрам и другим современным с нами видам-средообразователям. Прим.публикатора]. Лишь за последние тысячелетия это положение резко изменилось. Заполненная многоэтажными зданиями и сооружениями, кое-где сплошь распаханная и засеянная, пронизанная мощными потоками людей, грузов, энергии и сигналов, посылаемых людьми друг другу, земная поверхность перестала быть чисто природным образованием.

Законы природы не исчезли, но они, по-видимому, уже никогда не будут основной причиной изменения, развития, совершенствования не только человеческого общества, но и всего остального, что населяет и наполняет географическую оболочку. Наступление людей на природную среду проходит так стремительно, что на Земле сам по себе не успеет возникнуть ни один новый вид высших животных, ни один материк или океан до того времени, когда люди целиком возьмут подобные преобразования природы в свои руки.

По мнению Г.Ф. Хильми,

«…в недалёком будущем поверхность Земли, атмосфера, гидросфера и биосфера будут настолько насыщены техникой и крупномасштабными сооружениями, созданными по воле человека, что внешние оболочки Земли станут новым объектом действительности и будут развиваться по своеобразным, ещё не известным нам законам» (Г.Ф. Хильми. Философские вопросы проблемы преобразования природы. В сб. «Взаимодействие наук при изучении Земли». Изд-во АН СССР, 1963, стр. 58).

Вряд ли можно точно зафиксировать исторический момент появления этого «нового объекта действительности» на нашей планете [50 лет спустя это стало понятно: когда перестали быть знакомые по учебникам биогеографии непрерывные «полосы» природных биомов, и даже крупнейшие из малонарушенных природных лесов и других природных территорий превращены в острова, расчленяемые дорожной сетью изнутри, как влажные тропические леса Африки и Амазонии, а извне находящиеся в «перекрестье прицела» окруживших их агломераций. Данное положение сложилось в 1970-80-е гг., когда города из внемасштабных объектов стали  образованиями, отражающимися в масштабе карты, и превышающими по площади лесные, луговые, болотные массивы того же региона. Прим.публикатора].

Природные территории оказываются в "перекрестье прицела" воздействий метрополитенских ареалов в США (по прогнозу на 2000 год, сделанному в 1980е). Источник: Е.Н.Перцик. Геоурбанистика. Учебник. 2е изд. М.: Юрайт, 2016

Природные территории оказываются в «перекрестье прицела» воздействий метрополитенских ареалов в США (по прогнозу на 2000 год, сделанному в 1980е). Источник: Е.Н.Перцик. Геоурбанистика. Учебник. 2е изд. М.: Юрайт, 2016

Насыщение земных геосфер техникой и искусственными сооружениями идёт уже не первое столетие, и трудно выделить в этом процессе какой-то один переломный момент [сейчас опять же пытаются, споря о начале антропоцена. Прим.публикатора]. Очередные шаги науки и технического прогресса казались нашим предкам в XIX в. такими же ошеломляющими, скачкообразными и революционными, какими кажутся нам современные открытия. Принципиально новая геосфера, о которой упоминает Г.Ф. Хильми, начала формироваться фактически уже давно. Природная географическая оболочка превратилась в антропосферу – сферу жизни и деятельности человечества, включающую в качестве своего основного компонента и самого человека.

В дальнейшем антропосфера, очевидно, расширится благодаря проникновению людей глубоко в толщу океана и земных недр, распространению их на другие планеты и на некоторые области межпланетного космоса [при капитализме, увы, туда распространился лишь мусор, и его столько, что затрудняет полёты; победи социализм в 1970-80е, картина была бы иной. Прим.публикатора].

Коммунальное хозяйство Всемирного города

В ходе своего исторического развития земная антропосфера всё больше объединяется в нечто целое и связное. Можно назвать следующие виды, или этапы, территориального объединения людей и производства: поселенное, когда некоторое множество людей проживает в одном населённом месте (пункте), имея возможность ежедневно ходить или ездить на работу в пределах поселения и при желании общаться друг с другом; экономическое, когда различные, часто довольно далёкие районы и селения связаны географическим разделением труда. Эти два «базисных» вида объединения влекут за собой нечто вроде «надстроек».

Поселенному объединению соответствует объединение коммунально-хозяйственное, когда появляется система водоснабжения, канализации, городского транспорта и пр., единая для данного поселения и изолированная от таких же систем других поселений. Экономическому объединению соответствует объединение политическое, выразившееся в существовании национальных и многонациональных государств.

Благодаря развитию транспорта многие поселенные объединения в настоящее время разрослись до размеров целых географических районов. Единым поселением по существу является Москва с пригородами в радиусе до 70 км от центра города: сотни тысяч людей ежедневно ездят в Москву на работу и за покупками из Подольска, Раменского, Загорска и других городов и посёлков, ставших спутниками столицы.

Как единую агломерацию (созвездие городов) можно рассматривать Рурский промышленный район в Западной Германии и наш Донбасс. На атлантическом побережье США вырос Мегалополис – гигантская городоподобная территория с населением в 40 млн. человек, простирающаяся от Бостона до Вашингтона включительно. У этого сверхгорода есть даже своя главная улица – автомагистраль, соединяющая Нью-Йорк с Вашингтоном.

Босваш, один из шести крупнейших мегалополисов мира

Босваш, один из шести крупнейших мегалополисов мира. Источник Перцик, op.cit.

Ускорение и удешевление пассажирских сообщений несомненно приведёт к тому, что уже в XXI в. каждый человек будет иметь возможность в течение дня посетить любое место на поверхности земного шара и, следовательно, работать и отдыхать на любом расстоянии от места постоянного жительства. Сначала отдельные государства, потом целые континенты и наконец весь мир станет по существу единым поселением, превратится в Планетополис – Всемирный город.

Не следует представлять себе этот город как сплошную броню из металла и бетона, окружённую атмосферой из выхлопных газов и заводских выбросов. Мы верим, что люди будущего найдут способы охраны природы в рамках её разумной эксплуатации и улучшат гигиенические условия своей жизни. Моря и океаны, обширные горные и таёжные пространства, ледниковые покровы Гренландии и Антарктиды, вероятно, надолго останутся незаселёнными, но они займут в антропосфере примерно такое же положение, какое занимают незастроенные участки, лесопарки, затопляемые поймы, пруды и пустыри в черте современного города. В разрезе многовековой человеческой истории разница тут скорее количественная, чем качественная. Под давлением экономической и социальной необходимости леса, болота и озёра, а затем моря и даже океаны превратятся в культурные угодья с расширенным воспроизводством естественных ресурсов или будут использоваться как национальные парки, заповедники, заказники для отдыха, туризма, научной работы и т.д.

Сравнивая будущую антропосферу с современным городом, мы имеем в виду прежде всего положительные факторы – высокий уровень культурного и бытового обслуживания, богатые возможности жителей в выборе профессии, знакомств, товаров, услуг и развлечений, в использовании информации. Возможно, что города в современном понимании этого слова отомрут, но их положительные черты сохранятся и усилятся, распространившись на всю планету.

Превращение антропосферы в единое поселение заставит людей совместно решать те же вопросы, которые возникают при эксплуатации жилого или производственного помещения, при благоустройстве и реконструкции городов: поддержание определённого здорового климата, озеленение, обеспечение транспорта и связи, утилизация и удаление отбросов, заповедание и охрана уцелевших элементов малоизменённой природы, художественное оформление среды. [Сегодня это вынужденное решение, т.к. население городов растёт быстрей населения Земли в целом, см. данные из 50го, юбилейного доклада Римскому клубу. Прим.публикатора]

Городское население планеты растёт быстрей населения в целом. Источник: UN Department of Economic & Social Affairs, Population Division

Городское население планеты растёт быстрей населения в целом. Источник: UN Department of Economic & Social Affairs, Population Division

Единые энергетические системы, строительство и проектирование всемирных автоматических телефонных сетей и международных трубопроводов – не только для нефтепродуктов и газа, но также для молока, пшеницы, вина и пр., согласование расписаний разных видов транспорта – таковы сегодняшние симптомы того будущего коммунально-хозяйственного единства антропосферы, которое неизбежно последует за её поселенным объединением.

Конечно, единым, благоустроенным, рационально эксплуатируемым «жилищем» человека антропосфера станет лишь на высшей стадии коммунистического общества, при более высоком уровне развития производительных сил. К тому времени, вероятно, исчезнет и политическая разобщённость мира. Пока что представление об объединённой антропосфере – научная идеализация, полезная абстракция, показывающая определённые задачи и тенденции в развитии территориальной организации человеческого общества.

Но эти тенденции, эти элементы предвидимого будущего в какой-то мере (и с каждым годом всё больше) осуществляются в индустриальных ядрах высокоразвитых стран, в окрестностях городов-гигантов и на вновь осваиваемых территориях в виде так называемых районных планировок, когда большие группы городов вместе с пригородами, курортные зоны, сельская местность и вообще обширные географические районы планомерно переустраиваются так, как если бы это был один город, одно предприятие.

В нашей стране районными планировками занимаются специальные институты. Их проектами рано или поздно будет охвачена вся страна. Социализм предоставляет неограниченные возможности для рациональной организации обширных пространств Земли.

Порайонная организация территории

Жилищно-эксплуатационный, коммунально-хозяйственный, градостроительный подход к антропосфере может оказаться весьма перспективным направлением науки и техники. Но антропосфера – не только жилище, не только населённое место. Это также кладовая богатств, созданных природой и трудом прошлых поколений, фабрика, плодовый сад, огород, животноводческая ферма, охотничье и рыболовное угодье, парк для прогулок, курорт, лечебница, стадион, музей… [Животный мир из «скрывающегося в девственных лесах» в этом случае оказывается таким же счётным, известным и наблюдаемым, как наши домашние животные, а природные территории — столь же обозримыми и прозрачными, как сады, палисадники, огороды и пр.; см. современное развитие этих идей в книге Алекса Пшеры «Интернет животных. Новый диалог между человеком и природой». Прим.публикатора] Чтобы понять устройство антропосферы и наметить пути её улучшения, мы должны рассматривать эту сферу прежде всего как помещение для разных видов человеческой деятельности.

Антропосфера неоднородна, она состоит из клеточек – географических районов. Различные занятия людей закономерно чередуются, сменяя друг друга не только по времени (в течение суток, по дням недели, по сезонам, по периодам отдельной человеческой жизни), но и в пространстве. Последнее обстоятельство выражается в наличии функциональных районов – специализированных частей территории, используемых или предназначенных для того или иного вида человеческой деятельности.

Функциональное расчленение пространства начинается уже в ближайшем бытовом окружении каждого из нас. В квартире имеются комнаты и уголки для сна, отдыха, еды, работы; в городе различаются торговые и обслуживающие центры, жилые кварталы, промышленные и складские территории, зоны отдыха, научные и студенческие городки и т.д.; в стране выделяются районы по преимуществу горнопромышленные, сельскохозяйственные, курортные.

Отличительная черта каждого такого района – его специализация, или внешняя, районообразующая функция, а точнее – совокупность сопряжённых функций, предназначенных для обслуживания остальных районов. Внешним функциям, или межрайонной специализации, сопутствуют функции внутренние, или дополняющие отрасли. Они, в свою очередь, являются районообразующими для подрайонов, входящих в рассматриваемые нами районы. Так, например, в район угледобычи могут быть вкраплены подрайоны, где вовсе нет шахт, а расположены леса и сельскохозяйственные угодья. Будучи специализированным органом территориального тела, каждый район сам состоит из органов низшего порядка. Так складывается многоступенная иерархия функциональных районов.

Функциональными являются все районы, выделенные по хозяйственной специализации, а также все без исключения природные районы, например, степная зона, Украинско-Белорусское Полесье, Владимирское ополье, Прикаспийская низменность, потому что все такие районы играют или могут играть различные роли в хозяйстве, в обслуживании людей, в удовлетворении их материальных и духовных, в том числе эстетических потребностей, вызывают к себе различное отношение людей, выражающееся как в неодинаковом фактическом использовании, так и в его различных проектах и перспективах.

Противоположность функциональных районов – районы организационные, или узловые. Они объединяют территории, иногда очень неодинаковые по природным условиям, использованию земель, специализации хозяйства, занятиям населения и общественным функциям, но тяготеющие к одному центру – промышленному, транспортному, торговому, культурному, административному, политическому. Таковы все территориальные образования, имеющие хозяйственный центр – от крупных экономических районов до землепользований колхозов и совхозов и земельных участков, закреплённых за внутрихозяйственными фермами и бригадами; таковы все единицы административно-территориального деления, целые государства, районы тяготения к портам и железнодорожным станциям, сферы влияния городов в сельской местности, городские микрорайоны, имеющие собственный комплекс торговых и обслуживающих предприятий или исторически сложившийся центр у перекрёстка городских магистралей; военные, избирательные и консульские округа; ареалы расселения лиц, работающих на одном предприятии; участки, закреплённые за почтовыми отделениями, отделениями милиции, жилищно-эксплуатационными конторами, средними школами, амбулаториями, телефонными узлами и многое другое.

Узловой район имеет сеть коммуникаций (линий связи и передвижения), сходящихся к центру (дороги, улицы, маршруты регулярного транспорта,, трубопроводы, линии электропередач, телефона и телеграфа, пути пешеходов, корреспонденции и товаров, направления телефонных разговоров, радио- и телеприёма). Главным признаком узлового района служит существование управляющего или обслуживающего центра.

По мере перехода многих административных и хозяйственных функций в руки централизованного государства отраслевые административные районы (например, школьные и судебные округа) сливаются с общеадминистративными (губерниями, уездами, графствами) или привязываются к ним, т.е. вкладываются в них или объединяют их целиком. Этот процесс начался на заре развития капитализма, когда стали складываться буржуазные национальные государства. Интересы правильной организации производства и быта людей, особенно при социализме, требуют, чтобы социально-экономические узловые районы совпадали с административными, т.е. чтобы в одних и тех же центрах располагались как органы управления производством и людьми, так и предприятии, обслуживающие население всего района.

При социализме земля, однородная по своему назначению, должна управляться одним органом, который лучше других знает, как её использовать. Рациональная организация территории, возможная при социализме и коммунизме, состоит в том, чтобы каждый функциональный район имел квалифицированное управление, т.е. был и узловым, а каждый узловой район имел подходящую специализацию в межрайонном масштабе, т.е. был и функциональным. Так, с одной стороны, большой нефтедобывающий район удобно выделить в качестве особой административной области; с другой стороны, каждая административная область, каждый колхоз или совхоз должен выбрать себе такую специализацию, такую роль в обслуживании людей, которая наиболее отвечает интересам всего социалистического или коммунистического общества.

Организованная антропосфера – это совпадение узловых и функциональных районов. Такая антропосфера подобна заводу, в котором каждый цех является частью, специализированной на выпуске одного вида продукции или на одной стадии технологического процесса, и в то же время административной единицей управления производством и производителями.

Исторически неизбежное превращение природных функциональных районов в узловые началось ещё тогда, когда лесами стали управлять лесничие. Вероятно, в будущем во главе каждого озера, моря, ледника, горного массива станет свой «озерничий» или «ледничий» – управляющий орган, обеспечивающий рациональную эксплуатацию участка по заданной программе. Этим органом может быть и должностное лицо, и коллегия специалистов, и заменяющий их автомат, быть может, расположенный вдали от управляемой территории.

Организованная антропосфера – такая же идеальная схема, как и объединённая антропосфера. Это модель, крайне упрощённо отображающая некоторые важные и очевидные тенденции объективного развития, и в то же время проект, который, наверное, никогда не может быть претворён в жизнь полностью. На ограниченных пространствах названный идеал осуществим лишь частично в виде той или иной конкретной организованной территории.

Многоступенная система обслуживания

Система районов с ясно выраженными функциями и центрами позволит нам  правильно размещать не только производственные предприятия. По одному университету и по одной консерватории на крупный экономический район; по одному зоопарку, педагогическому, сельскохозяйственному и медицинскому институту и музыкальному училищу на область; по одному большому универмагу и больнице на городской район или малый город; по одному детскому саду, школе, продовольственному магазину на городской микрорайон – примерно такой должна быть многоступенно-районная система территориальной организации науки, просвещения, торговли и культуры.

Почему же по одному? Разве нельзя больше? Конечно, можно. Но идея многоступенчатой системы в том и состоит, что радиусы обслуживания у вновь создаваемых предприятий берутся не с потолка, а соответствуют реально существующим административным, экономическим и градостроительно-планировочным районам, определяющим и отражающим действительные условия расселения.

«Прикрепление» клиентов к монопольным поставщикам товаров и услуг по территориальному принципу достигается не административным принуждением, а экономической целесообразностью, стремлением самого клиента сэкономить время. Покупатель избавляется от необходимости посещать несколько магазинов в поисках одного товара – всё нужное он найдёт в своём районе соответствующего ранга: бутылку молока – в центре жилого микрорайона или нижних этажах большого дома; мебельный гарнитур – в единственном торговом центре небольшого города или большого городского района.

Прочность прикрепления зависит от подвижности населения, от бюджета его времени, стало быть, прежде всего от социального положения и профессии. При коммунизме неблагоприятные стороны профессиональных и социальных различий между отдельными людьми должны постепенно сглаживаться; следует ожидать, что существенные различия в подвижности населения сохранятся лишь у разных возрастных групп; по-прежнему неодинаковой будет подвижность одного и того же человека в различные периоды и фазы его жизни. Все эти различия имеют интересный территориальный аспект [См. подробней статью Бориса Борисовича «Территориальная организация общественного обслуживания в городах». Прим.публикатора].

Для восьмилетнего школьника жилой микрорайон определённого, довольно низкого ранга будет комплексным районом, так как в пределах микрорайона ребёнок в рабочие дни будет получать всё необходимое: в зоне пятиминутной доступности он будет иметь школу, столовую, сквер с игровой площадкой, бассейн для купания, кинозал с демонстрацией детских фильмов. Ребёнку не нужно садиться в автобус, пересекать транспортную магистраль на одном уровне с автомобильным движением, проникать в толчею большого торгового центра. В сходном положении окажется и пенсионер.

Для взрослого комплексным районом станет не микрорайон, а весь большой город или его значительная часть, лежащая в пределах получасовой – сорокаминутной транспортной доступности от мест жилья и работы. В этом ареале должен находиться весь набор предприятий, обслуживающих взрослое население в рабочие дни. Жилой микрорайон для трудящегося в большинстве случаев не комплексный, а лишь специализированный, функциональный район, удовлетворяющий часть нужд – потребности в ночном отдыхе, в общении с семьёй, в некоторых домашних видах бытового обслуживания.

В конце недели, когда семья выезжает за город, положение изменяется. Теперь комплексным районом, способным полностью удовлетворить потребности семьи в течение выходного дня, служит весь город совместно с обширной пригородной зоной. При двух выходных днях в неделю, идущих подряд, диаметр зоны может достигнуть нескольких сот километров, и она перекроет аналогичные зоны многих других городов. Наконец, во время месячного отпуска комплексным районом для семьи станет громадная территория, вся страна, а в отдалённом будущем, возможно, и весь мир.

Комплексный район – это район узловой (организационный), он состоит из взаимосвязанных специализированных частей, и потому обязательно должен иметь соответствующее административное управление. Как видно из примеров, при многоступенно-районной системе организации обслуживания одна и та же реально существующая клетка территории для одной части населения, для определённых видов услуг и в определённые периоды времени будет районом комплексным, а для другой части населения, других услуг и в другое время, – районом функциональным (специализированным). В этом – ещё одно проявление тождества узловых и функциональных районов в организованной антропосфере.

Разумеется, дальнейшее развитие транспорта частично разрушит и эту налаженную иерархию; рано или поздно весь мир станет для каждого человека единственным и минимальным комплексным районом для удовлетворения не только эпизодических, но и ежедневных нужд: скажем, одному после окончания рабочего дня нравится отдыхать в тропиках, другому – в Заполярье. Возможно, что и само понятие о месте постоянного жительства исчезнет. Люди будут жить и отдыхать в разных местах как в комфортабельной гостинице, не обременяя себя личной собственностью даже на предметы домашнего обихода и не возя с собой никакого багажа. Кто станет отрицать, что современный сервис бурно развивается именно в этом направлении?

Но как бы ни были подвижны люди, обслуживающая их материальная система неподвижных зданий, сооружений, дорог, каналов связи и прочего, чтобы остаться упорядоченной, должна сохранять многоступенное, иерархическое строение, т.е. состоять из центров, узлов, магистралей разного ранга.

Иерархия транспортных центров

Аналогичным образом может быть построена многоступенно-районная система транспорта и связи. Даже если каждый житель Земли будет иметь индивидуальную летающую кабину, которая может вертикально взлетать и приземляться в любом месте, – всё равно загрузка атмосферы миллиардами летающих аппаратов потребует такого жёсткого регулирования движения, ограничения скоростей и выделения специальных трасс, что индивидуальный транспорт потеряет свои преимущества, как это и случилось с автомобилями в центрах больших городов Америки и Западной Европы. Скоростные массовые перевозки людей могут совершаться только общественным транспортом.

Чем выше скорость, тем больше должно быть расстояние между соседними остановками. Допустим, что основным видом транспорта будет авиация. Тогда к сверхскоростному воздушному лайнеру придётся подлетать на самолёте средней скорости. В свою очередь, и этот подвозящий транспорт окажется слишком быстрым для того, чтобы останавливаться на каждом шагу. Выходит, что прямое скоростное маршрутное сообщение между любыми двумя точками земной поверхности невозможно. Это сообщение может быть только многоступенно-пересадочным. То же можно сказать и о транспортировке грузов.

Ну, а если пересадки пассажиров и перевалка грузов совершаются на ходу? Если роль лайнера исполняет никогда не приземляющийся поезд из искусственных спутников Земли, а ракетопланы-катера могут доставить на его борт и снять пассажиров в любом месте? Легко подсчитать, что и в этом случае ограниченная пропускная способность летающего пересадочного узла в сочетании с большой его скоростью приведёт к тому, что места вылета подвозящих катеров должны будут располагаться не где попало, а строго локализованно, на значительных расстояниях одно от другого. Многоступенно-пересадочный характер сообщений сохранится.

Но где же располагать остановочные пункты, пересадочные и перевалочные узлы, места отправления летающих катеров, как не в центрах узловых районов, где сосредоточено большинство потребителей транспорта? Вероятно, что межконтинентальные пассажирские ракеты будут приземляться в центрах материков или в столицах таких крупных стран, как СССР, США, Китай, Индия, Бразилия; над этими же пунктами будут открываться тамбуры беспосадочных лайнеров-спутников.

Скоростные самолёты будут садиться в столицах государств поменьше или в центрах крупных географических районов, таких, как Западная Сибирь. Третью ступень составят самолёты помедленнее, вертолёты, скоростные рельсовые дороги; четвёртую – электрический автобус, останавливающийся в центре каждого жилого микрорайона; пятую – пешая ходьба, дополняемая движущимися тротуарами, эскалаторами и лифтами. (Возможно, что человечество удовлетворится двумя-тремя ступенями).

Возникает интересный парадокс: воротами района, связывающими его с внешним миром, в век авиации и безостановочных экспрессов служат не пограничные пункты, а центр. Уже сегодня множество иностранцев, пользуясь авиацией, приезжает в Советский Союз и уезжает из него через Москву, а не через Брест или Выборг. Точно так же Франция для большинства иностранных туристов начинается и заканчивается Парижем.

Столица страны, центр района работает как насос, как сердце: собирает, выкачивает грузы, пассажиров, информацию из капилляров периферии, перерабатывает их, сортирует, как письма на почте, и снова разгоняет по капиллярам или передаёт по межрайонной артерии-магистрали другому сердцу, которое распределяет транспортируемые вещи по подчинённой ему сети.

С прогрессом техники всё большее число природных процессов и тел будет вовлекаться в управляемое народное хозяйство. Подключив к природе свои машины, как хирург подключает к кровеносной системе больного искусственное сердце, люди станут перекачивать из района в район воду и воздух, помогая течениям и ветрам, будут подвозить рыб к местам нереста и т.д., т.е. переведут часть природного круговорота на искусственные транспортные средства. Это невозможно без автоматизации и централизованного управления. Поэтому вполне вероятно, что на нашей планете будет существовать единый управляющий центр, своего рода мозг и сердце, и вся антропосфера будет функционировать как единый организм, как одна машина.

«Сверхорганизм», подобный живому

Многоступенно-районная, иерархически централизованная система транспорта и связи приходит на смену прежним формам коммуникаций примерно так же, как централизованная кровеносная система членистоногих, моллюсков и позвоночных сменила примитивную кровеносную систему «бессердечных» кольчатых червей. Развитие нервной системы и дыхательных путей тоже шло в сторону всё большего обособления центральных органов – сердца и лёгких.

Подобно живому организму, антропосфера обменивается веществом и энергией с внешней средой, сохраняя при этом некоторое равновесие и устойчивость, растёт пространственно, усложняет в процессе роста свою структуру, накапливает информацию. Эти процессы свойственны антропосфере хотя бы потому, что они присущи её важнейшим компонентам – биосфере и человеческому обществу.

Сравнивая антропосферу с живым существом, мы не можем отказать ей даже в таком специфическом свойстве живых организмов, как в способности к размножению: весьма возможно, что с помощью людей возникнут антропосферы на других планетах, и дочерние антропосферы унаследуют многие свойства своей прародительницы – антропосферы Земли.

При размножении новый предмет создаётся не кем-то, стоящим вне вещи, а развивается путём осуществления программы, заложенной в зародыше самого возникающего предмета. При освоении людьми внеземных миров космический корабль станет своего рода «семенем цивилизации», а его пассажиры с их знаниями и библиотекой – носителями наследственной информации, которая будет использована при создании антропосферы на другой планете.

В пути и в первое время после высадки посланцы Земли используют ресурсы, привезённые с собой. Их запасы продовольствия и экспедиционное снаряжение играют ту же роль, что и запасы питательного вещества внутри семени, помогающие ему прорасти на новом месте. В дальнейшем дочерняя цивилизация развивается целиком за счёт местных материалов и энергии.

Уподобление антропосферы живому организму не задевает традиционного понятия «жизнь». Вероятно, старые рамки этого понятия будут серьёзно передвинуты новыми, кибернетическими толкованиями, а также открытием иных, например, небелковых форм жизни, но это не имеет прямого отношения к нашим рассуждениям. Просто нам не хватает термина для объединения старых понятий «живое существо», «биоценоз», «коллектив» и «автомат». Когда подходящее слово будет найдено, идеально организованная антропосфера будущего войдёт в семью объектов, обозначаемых новым понятием. Антропосфера, конечно, не жива, но она подобна живому. [Понятно, что описанная в статье разумная организация пространства, упорядоченное размещение «островов» биосферы между «пятнами» земель городов, промышленности и сельского хозяйства, содействующее развитию в той же мере, в какой сохраняющее биосферу, возможно только при коммунизме. При капитализме такого рода задачи не решаемы, даже когда они более мелкие и частные — скажем, оптимальное размещение дорожной сети, возникающей в зоне тропических лесов и других сохранившихся природных территорий, чтобы она и способствовала развитию региона, и минимально вредила «разрезаемым» природным сообществам. Рыночная конкуренция, когда каждый хозяйствующий субъект хочет «пробить» самую удобную для себя дрогу, обращая внимание на других лишь в той мере, в какой они могут принудить,  и совсем не обращая внимание на природу, в этих странах совсем беззащитную, ведёт к тому что дорог оказывается гарантированно больше (а их сеть — значительно плотнее), чем совместимо с сохранением расчленяемых экосистем. Прим.публикатора]

«Разум» планеты

Идя дальше, мы, пожалуй, сможем признать за будущей антропосферой свойства «мыслить», «чувствовать», «желать» и т.д. Ведь каждое подобное свойство присуще не всему организму в равной мере, а является специальной функцией некоторых его органов. Орган находится в состоянии функциональной взаимозависимости с остальным телом. Если созданные людьми орудия и приборы служат в известной мере как бы продолжениями человеческих органов, то тем более таким продолжением могут считаться машины и фабрики. Вся индустриальная плёнка на поверхности планеты – в сущности одно гигантское продолжение человеческой руки. Подобным же образом микроскопы и телескопы принято называть продолжением глаза, телефон и радио – продолжением уха и т.д. Так что же нам мешает считать многие управляемые компоненты будущей антропосферы продолжением органов человека, а само человеческое общество с его наукой и техникой – мозгом, органом чувств, выразителем эмоций и желаний антропосферы как некоторого целого?

В газетах, в политической литературе распространены выражения, в которых городам, народам, государствам политическим партиям приписывается свойство желать, мыслить и т.п. Это не простая метафора. Во многих случаях имеется в виду, например, выражение воли большинства («советский народ хочет мира»), единственный канал связи («Земля говорит с космонавтами»), канал, единственный в своём роде, либо по своему значению превосходящий все остальные («говорит Москва» – о радиопередаче), и тому подобные легко моделируемые ситуации, которые придают коллективу людей свойства индивидуальной личности. Разве не похожи на отдельные личности государства, рассматриваемые в аспекте международных организаций, в которых эти государства обладают правом голоса? Разве не выступают в качестве юридических лиц учреждения, когда столкновение их интересов рассматривается в суде?

Неотъемлемым признаком здоровой, нормальной личности является логическая непротиворечивость поступков и высказываний. Современное человечество, разделённое на государства, классы, политические партии и лагери, пока ещё не может рассматриваться как нечто целое. Но эра разобщённого мира не вечна. Объединённое человечество будущего – субъект, наделённый единой, нерасщеплённой волей. Любой хозяйственный или культурный акт, заметный в планетарном масштабе и задевающий интересы миллионов людей, в идеале должен быть оптимальным с точки зрения всего человечества. Это и позволит моделировать поведение человеческого сообщества как поступки одной разумной личности.

Немало плодотворных аналогий выявляется и при классифицировании процессов антропосферы и живого организма по степени их управляемости. Так, например, в человеческом теле различаются три виды мышечных движений: 1 – рефлекторные, непроизвольные, которые совершаются организмом независимо от воли человека; 2 – сознательные, произвольные, общий ход которых управляется, контролируется сознанием; 3 – автоматические, которые вырабатываются из сознательных в результате тренировки.

Аналогичные виды движений обнаруживаются и в миграциях вещества, энергии и информации внутри антропосферы. Природные процессы без участия человека, стихийные элементы в производстве и в общественно-историческом развитии – это рефлекторные движения антропосферы, ещё не ставшей полностью сознательной и разумной. Обычное неавтоматизированное производство с зачатками планирования, современная работа разных видов транспорта, ещё недостаточно согласованных между собой, и, наконец, первые шаги по преобразованию природы – это сознательные акты; между прочим, в них заключается своего рода «самообучение» антропосферы, пытающейся посредством деятельности человека улучшить свой режим. В конце концов всё производство, весь транспорт и пр. будут почти полностью автоматизированы.

И в живом существе, и в антропосфере действует одна и та же диалектика развития: творческое сознание на время овладевает стихийными, рефлекторными процессами, изменяет их, начинает ими управлять, чтобы затем, доведя до оптимума, передать их автоматам. Досознательный автоматизм стихии сменяется мелочной, зачастую противоречивой и несовершенной опекой разума с тем, чтобы уступить место новому автоматизму – послесознательному. Представляется вероятным, что такие процессы, как круговорот веществ в природе, в частности, выпадение осадков и течение рек, исторически пройдут стадию многократного искусственного регулирования и затем превратятся в функции автоматической антропосферы, которая будет обслуживать людей как некоторая машина, заведённая их предками; машина, которую нужно постоянно совершенствовать, но которую уже нельзя остановить.

Представление о разумной личности и её поведении невозможно без рассмотрения внешней среды, без учёта других лиц. Такой средой, таким коллективом для нашей организованной антропосферы будет межпланетное или межгалактическое сообщество цивилизаций, в которое, по всей вероятности, вступит наша земная культура. Не подлежит сомнению, что на Земле дело связи с иными мирами будет централизовано и обитатели других планет будут узнавать волю и мнение Земли в целом.

Возможно, что многим читателям наши выводы покажутся необоснованной фантастикой. Но ведь речь идёт не только о современной Земле, но и об антропосфере далёкого, хотя и предвидимого будущего. С точки зрения кибернетики нет ничего фантастического в предположении, что поведение планеты Земля, населённой высокоорганизованным коллективом разумных существ и связанной обменом информацией с другими разумными мирами, может быть описано в какой-то мере теми же терминами и уравнениями, что и поведение отдельной человеческой личности.

Опубликовано в: Родоман Б.Б. Организованная антропосфера // Природа. Ежемесячный популярный естественно-научный журнал Академии наук СССР. 1967, № 3 (март), с. 25 – 35; 45 000 экз.

То же на английском языке.Rodoman B.B. The Organized Anthroposphere // Soviet Geography: Review & Translation. N.Y. November 1968, p.784 – 796. Editor and Translator Theodore Shabad. Published by American Geographical Society.

Idem. // EKISTICS = OIKIΣTIKH. Reviews on the Problems and Science of Human Settlements. City of the Future. – Athens (Greece), 1970. Vol. 29, No. 175, June, p. 438 – 443. Editor C.A. Doxiadis.

Подготовлено для «Academia.edu» и «Проза.ру» 29 ноября 2018 г.

Рекомендуем прочесть

Let's block ads! (Why?)

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх