ЖеЖ

50 271 подписчик

Свежие комментарии

Национальный Рейтинг Губернаторов (Итоги 2021 года)

Национальный Рейтинг Губернаторов (Итоги 2021 года)

Центр информационных коммуникаций «Рейтинг», в рамках проекта «Национальный рейтинг», опубликовал итоговое за 2021 год исследование, посвященное оценке деятельности глав субъектов Российской Федерации.

Объектом исследования являются руководители субъектов Российской Федерации. Хронологические рамки рейтинга охватывают весь 2021 года, но в нём оцениваются те главы, которые находятся на своём посту на момент публикации исследования.

Результаты «Национального рейтинга» получены на основании заочного анкетирования, заочных и очных опросов представителей экспертного сообщества.

Заочные экспертные опросы проводились с использованием некоторых положений методики Уильяма Гордона («Синектики»). Ключевой являлась установка «Синектики» о повышении уровня оценок в случае привлечения в качестве респондентов не только экспертов узкой специализации, но людей абсолютно разных с профессиональной точки зрения. Таким образом, в «Национальном рейтинге губернаторов» сознательно задействован максимально широкий круг экспертов самой широкой профессиональной и социальной принадлежности. Такой их состав позволяет сделать результаты исследования наиболее демократичными, наиболее приближенными к мнению «простых людей» с понятной поправкой на большую информированность и способность к анализу представителей экспертного сообщества.

Анкеты, рассылаемые экспертам, не только дают им возможность формально оценить работу того или иного регионального главы, но и предлагают обосновывать свои выводы. Подобные обоснования позволяют более детально выявить причины успеха или неудачи тех или иных руководителей субъектов РФ. Кроме того, эти обоснования, как и данные персональных аналитических интервью, проводимых с экспертами, служат основой для составления аналитической части «Национального рейтинга».


Конфиденциальный статус заочного анкетирования является важным способом повышения искренности респондентов. Те эксперты, которые хотели публично высказать свое мнение, по согласованию с редакцией ЦИК «Рейтинг», получали такую возможность. Следует иметь в виду, что издатели периодически предоставляют слово и тем экспертам, позиция которых противоречит общим выводам исследования. Порой на страницах рейтинга одновременно высказываются эксперты, представляющие прямо противоположные мнения. Подобная практика является осознанной и позволяет публично представить максимально широкий спектр мнений сообщества. Эксперты, публично высказывающиеся в «Национальном рейтинге», делают это, не зная итоговых результатов исследования.

Для формата и целей исследования признано лишним акцентировать внимание на нюансах статуса руководителей субъектов («и.о.», «временно исполняющий» и т.п.).

Сергей СТЕПАШИН
Председатель Общественного совета при Министерстве строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ. Председатель наблюдательного совета государственной корпорации — Фонда содействия реформированию жилищно-коммунального хозяйства. Председатель Правительства России (1999 г.)


Ключевая цель деятельности правительства – делать жизнь людей лучше, создавать благоприятные, комфортные условия проживания. К числу важнейших проблем следует отнести переселение граждан из аварийного жилищного фонда. В январе 2021 года Президентом Российской Федерации были поставлены новые задачи по переселению в текущем году, что потребовало ускоренной реализации федерального проекта «Обеспечение устойчивого сокращения непригодного для проживания жилищного фонда», в этом году будет переселено 140 тысяч человек.

Большая нагрузка легла на регионы – им необходимо приложить все усилия, чтобы завершить действующую программу и приступить к выполнению поставленной Президентом РФ Владимиром Путиным задачи по ликвидации аварийного жилья, признанного таковым уже после 1 января 2017 года.

Конечно, во многом эффективная реализация этой программы зависит от главы субъекта Федерации. Мы видим это как по показателям расселения, так и по качеству жилья, в том числе повышению уровня его энергоэффективности. В стране есть успешные кейсы, например, в Московской области и в Республике Саха (Якутия), где после установки индивидуальных тепловых пунктов потребление тепла снизилось почти на 27%. Там же, в Якутии, была реализована программа энергоэффективного квартала, состоящего из 11 домов, что позволило повысить эффект энергосбережения.

Я бы отметил высокую вовлечённость руководителей Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии, Сахалина, Чеченской Республики, Саратова, Якутии. Именно эти субъекты досрочно выполняют программу, завершение которой запланировано на 2025 год.

Очевидно: там, где губернаторы включаются лично и осуществляют контроль, есть хороший результат.

Сергей МИРОНОВ
Председатель партии «Справедливая Россия»


Это – год думской кампании. И губернаторам тоже пришлось проходить своеобразное испытание выборами. Далеко не все выдержали его с честью. В некоторых регионах отмечались массовые нарушения и манипуляции. Другие субъекты – и таких большинство – смогли без этого обойтись.

Самое главное, что этот год, к сожалению, снова проходил под знаком ковида. Федеральный центр дал губернаторам широкие полномочия по противодействию пандемии. Но полномочия означают дополнительную ответственность. И я думаю, что впервые в новейшей истории губернаторы несут настолько высокую личную ответственность за здоровье людей, причём в критической ситуации. С одной стороны, нужно повышать темпы вакцинации, добиваться снижения заболеваемости и смертности. С другой – в условиях тотального недофинансирования здравоохранения многие субъекты столкнулись с коллапсом региональной медицины. Губернаторам приходилось и сейчас приходится балансировать между антиковидными ограничениями и соблюдением прав граждан. Далеко не все смогли грамотно соблюсти этот баланс, особенно на фоне тренда с введением QR-кодов.

В этой непростой ситуации меня радуют успехи наших товарищей по партии: главы Чувашии и Омской области занимают в национальном рейтинге губернаторов достойные места. Особенно хочу отметить Александра Буркова, который по итогам прошлого года вошёл в ТОП-20 губернаторов, а в этом году – в первую десятку. Такая высокая оценка экспертов вполне заслужена. Омская область также вошла в ТОП-20 регионов с наиболее эффективной промышленностью, там динамично развивается транспортная инфраструктура – от сельских дорог до судоходства и авиасообщения. Реализуются социальные программы, в том числе по льготным жилищным кредитам.

Ещё один наш соратник, глава Чувашии Олег Николаев, тоже занимает достойные позиции в «Национальном рейтинге». В республике успешно проходит прививочная кампания. При этом в обсуждении очень спорной темы QR-кодов именно власти Чувашии первыми предложили учесть права неофициально переболевших граждан и выдавать коды по тестам на антитела. Сейчас эту инициативу подхватили в правительстве. И это позволит смягчить возможные ограничения для миллионов людей.

Дмитрий ЖУРАВЛЁВ
Научный руководитель Института региональных проблем


Не все, но в большинстве своём губернаторы в 2021 году проявили себя неплохо. Что значит – неплохо? Несмотря на то, что ситуация усложнилась, явных ошибок региональные лидеры не сделали – большинство.

Мне не очень понравились некоторые действия губернатора Хакасии, потому что идея запретить общественный транспорт, а уже потом решать остальные проблемы, – не из самых мудрых. Но это его беда, а не вина. Он – хороший политик, а администрация – это совсем другая профессия.

Можно вспомнить ещё пару-тройку подобных ошибочных решений, в остальном же губернаторы справились со своей задачей. Какого-то жуткого обвала, больших погромов в экономике или резких скачков заболеваемости выше средней не было. Нельзя сказать, что «вот в этом регионе все переболели. Ужасный/несчастный губернатор!» Справились. Но не все, что тоже естественно. Люди – разные, и компетенции у них разные.

Притом, что, бесспорно, губернаторы избираются, и, как показала практика, не всегда избираются те, кого рекомендует Москва – были случаи, и не один, у нас всё-таки губернаторы в большей степени администраторы, чем политики. Если не брать ту же Хакасию, не брать Хабаровский край, где специально пришёл губернатор-политик, потому что надо было решать политические вопросы. А почему здесь могут выдвигаться на выборы губернаторы-администраторы? Потому что используется доверие к федеральной власти.

Пришёл новый человек. Его пока мало кто знает. Может быть, он очень хороший специалист, но, чтобы люди за него проголосовали, они должны сначала про него узнать. И очень часто голосуют авансом, доверяя мнению столицы. Если мнение было ошибочным, что, правда, не часто бывает, общество может и изменить своё отношение к губернатору.

Губернатор, который является администратором и не является политиком: такая ситуация несёт свои риски, но на жизнь рядового человека влияет в меньшей степени, это скорее влияет на самого главу. А вот губернатор, который является политиком, но не является администратором, очень сильно повлияет на жизнь отдельного человека, потому что он не сможет организовать работу. В результате социальное и экономическое положение может сильно ухудшиться.

Сейчас этот корпус не сбалансирован полностью, потому что это очень трудная задача. Найти человека, который мог бы быть одновременно хорошим политиком и хорошим администратором, очень трудно, причём в любой стране мира. И это не наша национальная особенность.

В большинстве случаев либо, как во Франции, префект обладает относительной властью, и не важно, кто он, и что умеет делать, его задача – транслировать приказы, приходящие из Центра. В других случаях экономика и социальные отношения настолько выстроены, что если губернатор – не откровенный идиот, то он сильно навредить не может. Мы же – страна развивающаяся, мы не можем выстроить систему по протоколу: каждому губернатору вручить книжку, где написаны все его действия на все случаи жизни. В Бельгии такое возможно, в России – нет. У нас каждый день что-нибудь новенькое, заранее такую бумажку ты не составишь.

Начинается рассмотрение закона о публичной власти, но, честно говоря, бюджет для губернатора важнее этого закона. Соотношение денег в разных уровнях бюджета во многом определяет публичную власть. Ты можешь быть сколько угодно самостоятельным, но если у тебя денег нет – какой толк?

Из важного и ключевого для ряда регионов можно отметить успехи «Силы Сибири». Возникновение новых экономических отношений с Китаем объективно влияет на жизнь дальневосточных регионов.

Из политических событий, конечно, важны выборы. Потому что даже там, где губернаторы не избирались, всё равно голосование показывает уровень доверия к губернатору, даже если избираются депутаты. По губернаторам видно, что для них это показательный вопрос. Например, в одном регионе на парламентских выборах выиграли в основном коммунисты, а ещё «Справедливая Россия». Для главы региона это очень неприятная вещь, его это беспокоит. Притом, что он уже выстроил с новыми депутатами прекрасные отношения, там нет противостояния «единоросский» губернатор и коммунистический парламентарий», но всё равно он понимает, что это – его рейтинг доверия. Поэтому выборы бесспорно важны во всех аспектах: и там, где избирали губернаторов, и там, где их не избирали. Это событие, которое во многом определило и будет ещё определять жизнь губернаторского корпуса.

Характерны для уходящего года были и социально-экономические проблемы, которые в первую очередь связаны как раз с пандемией, но решать-то их надо губернатору. Поэтому мы и говорим, что он важнее как администратор, чем как политик. Нужно запускать региональную экономику, делать это после пандемии тяжело, потому что для экономики нужно, чтоб у людей деньги были, а денег не много не только в бюджете, но и в кармане у жителей. Не каждый губернатор справится с этой задачей, она – трудная, по сути, чрезвычайная. Но провалов в этом вопросе у наших лидеров не оказалось.

Павел САЛИН
Политолог


Уходящий год для губернаторского корпуса по ключевым параметрам за редкими исключениями напоминал год предыдущий, однако и 2020-й, и 2021-й заметно отличались от всех предыдущих лет. Соответственно, многие практики и хронологические обыкновения, выработанные как минимум в 2010-е годы (а некоторые и ранее), были заморожены, или от них отказались вовсе.

В первую очередь речь идёт о практике ротации губернаторского корпуса. Уже второй год не происходит массового «губернаторопада» весной и осенью, к чему привыкли все региональные элиты. Как и в 2020-м, перестановки носили казуальный характер и были завязаны на федеральные сюжеты. Например, скандальная отставка главы Пензенской области Ивана Белозерцева в марте была связана с переделом фармацевтического рынка в общероссийском масштабе и шла «довеском» к неприятностям у одного из крупнейших игроков на российском рынке лекарств Бориса Шпигеля. Катализатором ухода со своего поста на повышение в Москву губернатора Ярославской области Дмитрия Миронова послужила гибель главы МЧС Евгения Зиничева, после чего «подвисла» намеченная ротация помощника президента по кадрам, и возникшую лакуну необходимо было заполнить. Поэтому, несмотря на все губернаторские «рейтинги на вылет», активно публикуемые экспертным сообществом, возникла неопределённость. Прежний календарь отставок второй год не действует, а новый пока не предложен. Если в 2020 году (особенно в его первой половине) такую паузу ещё можно было объяснить фактором коронавируса, то сейчас причины «кадровой стабилизации» губернаторского корпуса выглядят менее понятными не посвящённым в федеральные процессы игрокам.

Вторая особенность уходящего года, которая дублировала год 2020-й и кардинально отличалась от всех предыдущих, касалась коронавирусной проблематики и роли губернаторского корпуса в борьбе с эпидемией. Как и раньше, региональным руководителям отводилась роль «плохих следователей» по сравнению с более «уравновешенным» федеральным центром. Правда, в этот раз, особенно по сравнению с первой волной весны 2020-го года, модель несколько трансформировалась. Теперь Москва и её руководство выступали не в качестве образца, демонстрирующего модельное поведение, а как рядовой регион, пусть и находящийся в центре повестки. Сигналы губернаторы получали напрямую от Москвы, но не всегда им чётко и оперативно следовали. Например, во время осенней волны возникла пауза во введении локдаунов в конце октября, что вызвало недовольство федерального руководства. Ближе к концу года такая же ситуация наблюдается с практикой использования на местах QR-кодов, роль которых видится федеральным властям как выходящая далеко за рамки антиэпидемической повестки.

Ещё одно важное отличие уходящего года от многих предыдущих, но уже вполне ожидавшееся, – думские выборы и роль губернаторского корпуса в них. В целом всё прошло без срывов, хотя устроившие федеральную власть результаты были достигнуты во многом за счёт подсчёта голосов уже на федеральном уровне, а не на местах. Те губернаторы, работа которых на этом направлении (и некоторых других, например, в связи с лесными пожарами летом) не устроила Москву, получили несколько месяцев на «работу над ошибками» и активно пытаются демонстрировать шаги в этом направлении.

Однако основной сюрприз губернаторский корпус (и региональные элиты вообще) получил ближе к концу года, хотя, если мыслить логически, он был вполне ожидаемым. Речь идёт о пресловутом законе Клишаса-Крашенинникова, появление которого в том или ином виде было предопределено принятыми в прошлом году поправками в Конституцию. В организации и получении необходимого власти результата на референдуме по поправкам активное участие принимали и региональные руководители.

Если брать именно аспекты закона, касающиеся губернаторов, то, прежде всего, речь идёт не об обнулении сроков. Здесь и сейчас (то есть в перспективе 2023 года) они касаются лишь нескольких руководителей субъектов Федерации, которые получили возможность выдвигаться на новый срок. Все они относятся к фигурам не первого порядка, и закон принимался явно не под них. Что же касается «тяжеловесов», то перед ними такая возможность возникнет не ранее 2024 года, когда политическая ситуация может серьёзно измениться, и они не смогут воспользоваться открывающимися перед ними перспективами пролонгации полномочий.

Одна из главных новелл документа – лишение губернаторов (а вместе с ними – региональных элит) свободы назначения на некоторые ключевые должности в региональных правительствах своих министров. В тестовом режиме такие новеллы осторожно вводились федеральной властью ещё в 2020 году (например, в части назначения министров, отвечающих за здравоохранение), но в законе эта практика приобрела более широкий характер. Такая новелла вряд ли доставит существенный дискомфорт «варягам-технократам» в губернаторском корпусе, которые и так опирались на кадровый резерв федеральных игроков, однако серьёзно ограничит возможности глав регионов, которые являются точкой сборки местных интересов.

В целом политический класс находится в ожидании серьёзных изменений, которые могут стартовать уже в первые месяцы наступающего года. Они затронут и губернаторский корпус. Именно тогда станут более понятными новые правила игры – сохранился ли прежний «тайминг» перестановок, ключевые критерии для их проведения и т. п.

Дмитрий МИХАЙЛИЧЕНКО
Политолог


Уходящий год знаменовался средним уровнем ротации, однако сам осенний «губернаторопад» остался незавершённым на фоне QR-волны и, безусловно, продолжится весной следующего года. Среди ключевых трендов губернаторского управления остановлюсь на нескольких.

Перед губернаторами стоит не только технологическая дилемма относительно того, как общаться с населением: в соцсетях или ездить по районам и городам областей, краёв и республик. Общий уровень социального недовольства не позволяет большинству губернаторов пиариться эффективно и повышать свой рейтинг. Типологическая картина: губернатор публикует на своей страничке в соцсетях какой-то позитив, а в ответ ему прилетает масса комментариев про социально-экономические проблемы, бедность, ковид, а теперь и QR-коды. Как следствие, пиарщики вычищают негативные комментарии. Это уже целая профессия такая: пиарщик-дворник.

«Прямые линии» показали стремление многих губернаторов формально их проводить и обходить острые углы. Губернаторы слишком дорожат своим и без того упавшим рейтингом. Центр хочет, чтобы губернаторы публично брали ответственность на себя за социально-экономическую ситуацию в регионах, а губернаторы не хотят быть губками для впитывания негатива. Конечно, в условиях жёсткой вертикали и сверхцентрализации руководителям регионов приходится это делать, но энтузиазма по этому поводу у губернаторов нет: деградация рейтингов ведёт к потере управляемости.

Поправки Клишаса и Крашенинникова открывает перед губернаторами широкое поле возможностей регулировать отношения внутри региона. Идеальным для Системы вариантом является тот, когда губернатор принимает все проблемы на себя и не даёт им конституционироваться на федеральном уровне. Изначально эта модель – про эффективность регионального госуправления, но на деле она чаще всего будет выражаться в «автократической болезни» по принципу В. Уйбы, который объявил местным жителям, что он для них – «Путин», и в Москву обращаться/жаловаться не нужно. Мультипликацию этой модели мы увидим в последующие годы.

Для губернаторов активное гражданское общество и местное самоуправление – это источник постоянных проблем. Ситуация имеет прямые исторические аналогии: в пореформенный период (1860-1870-е гг.) возникло Земство, которое показало свою эффективность в социальной политике. Земство было делом энтузиастов и сформировало патриотичную интеллигенцию. А вот губернаторами земские учреждения рассматривалось как нежелательный источник «вольнодумства» и предвестник революционной смуты. Что-то подобное, вплоть до неформальных списков региональных «иноагентов» и нежелательных организаций, мы будем видеть в последующие годы.

Завершение муниципальной вольницы. В современной России период муниципальной вольницы де-факто закончен: наиболее характерными в этом плане были «реформы муниципального управления», которые несколько лет назад подорвали возможности местных элит влиять на ситуацию в Ярославской и Московской областях. Мэры уже почти де-юре превращаются в министров и замминистров регионального правительства, следствием чего будет выстраивание региональных субвертикалей, однако муниципальная фронда всё равно останется. Мурманск, Коми и Карелия – тому примеры.

Увеличение числа варягов. Сейчас примерно половина губернаторов – местные, а половина – варяги. В ближайшие годы количество варягов будет возрастать, причём не только среди губернаторов, но и высокопоставленных чиновников региональных правительств. В условиях высокой централизации это неминуемый процесс.

У губернаторов нет оперативных механизмов решения локальных проблем с опорой на гражданское мнение (махинации с тарифами ЖКХ, раздельный сбор мусора, наименование улиц, проблема бродячих животных и т. д.). Видимо, все эти и другие вопросы Система собирается решать самостоятельно, без диалога с обществом. Это значит, что будет больше коррупции, волюнтаризма, непопулярных решений и социального напряжения. Бюджетные деньги жёстко контролирует правительство и вице-премьеры. В этом плане антикоррупционные тренд на уровне регионов Система может проводить достаточно спокойно и удовлетворять запрос общества на борьбу с коррупцией.

Сейчас у глубинного народа по сути остаётся один механизм достучаться до вершин вертикали: жалобы/обращения/челобитные. Система вооружает региональных чиновников дополнительным инструментарием, и они обязательно, без всяких сомнений, будут закупоривать и этот инструмент обратной связи.

Алексей МАРТЫНОВ
Политолог, директор Института новейших государств


2021 год для губернаторов выдался непростым, учитывая, что ковидная зараза не ушла, хотя мы и привыкли с ней жить. Нагрузки на региональные экономики не стали сильно ниже в связи с продолжением пандемии. Возникали новые волны, и смертность остаётся довольно высокой. Поэтому главным фактором для региональной политики остаётся противодействие пандемии.

Чуткость к запросам общества – это хорошо, она должна быть. Но эпидемия часто не оставляла выбора лидерам регионов. От их решений зависят здоровье и жизнь людей. В ряде регионов принимались решения о возвращении жёстких мер, где-то удалось без этого обойтись.

Второй знаковый фактор уходящего года – избирательная кампания по выборам депутатов Государственной Думы. Большую нагрузку по организации выборов, как всегда, несёт Центральная избирательная комиссия, но в регионах эта нагрузка ложится не только на региональные комиссии, но и на глав субъектов. Особенно в связи с тем, что большинство глав субъектов возглавляют региональные отделения партии власти. Соответственно, руководители регионов участвовали в организации выборов ещё и в очень непростых пандемических условиях. Выборы легли, с одной стороны, на пандемию, с другой – на определённый скепсис в экспертном сообществе, послевкусие пенсионной реформы, а также на строгие антипандемические меры – партия власти разделяет ответственность и негативные эмоции по поводу всех этих мероприятий. Но в целом с этой задачей региональным лидерам удалось справиться.

Считаю, что в этом году губернаторский корпус в целом прекрасно себя проявил. Есть более выдающиеся губернаторы, есть менее выдающиеся, есть рейтинги, отражающие их показатели в различных номинациях. Но в целом в этом году губернаторский корпус выглядел гораздо ярче и эффективнее, чем в два предыдущих года. Может быть, это связано с тем, что сейчас имеют место беспрецедентные вызовы, усиленная ответственность глав субъектов, связанная с расширением их полномочий по принятию решений о мерах противодействия пандемии. Но работа глав субъектов сегодня действительно выглядит более ярко как раз в связи с большей персонализацией ответственности: так люди себя проявляют гораздо лучше.

Первая группа рейтинга

Национальный Рейтинг Губернаторов (Итоги 2021 года)
Национальный Рейтинг Губернаторов (Итоги 2021 года)
Национальный Рейтинг Губернаторов (Итоги 2021 года)

По итогам года Сергей Собянин (город федерального значения Москва) сохранил лидирующие позиции в «Национальном рейтинге». Следует отметить, что первое место столичному градоначальнику в данном исследовании отнюдь не гарантировано. Он только летом, после существенного перерыва, сумел возвратить себе лидерство, находясь в зимние и весенние месяцы лишь на втором месте.

Общий благоприятный для Сергея Собянина фон составила более взвешенная антиковидная политика, которой он в основном начал придерживаться во втором полугодии: по всей видимости (во всяком случае, пока) мэр отказался от не всегда просчитанного закручивания гаек, «уступив» славу главных антиковидных активистов главам других регионов. К концу года, по сообщениям официальных лиц, по коллективному иммунитету к коронавирусу москвичи оказались, в масштабах всей России в единоличных лидерах.

Единый день голосования на всех электоральных фронтах прошёл для мэра очень удачно, апофеозом чего явилось стопроцентное доминирование «Списка Собянина» на выборах в Государственную Думу. Некий виртуальный конфликт, связанный с применением дистанционного электронного голосования (ДЭГ), общую картину не смазал, как и не имели никаких последствий сообщения о том, что полиция якобы не выпустила из здания юристов КПРФ, пытавшихся подать иски о непризнании в Москве результатов ДЭГ.

Законопроект «Об общих принципах организации публичной власти в субъектах РФ» также льёт воду на мельницу Сергея Собянина, позволяя ему претендовать на третий срок нахождения в должности.

В декабре Сергей Собянин «выстрелил из главного калибра», открыв совместно с главой государства сразу десять станций метро, чего в московской истории до сей поры не случалось.

Ухудшала имидж мэра в глазах достаточно многих экспертов грандиозная уплотнительная застройка города. Некоторые из них пророчат, что через несколько лет в Москве просто не останется клочка земли, куда можно было бы воткнуть очередную многоэтажку. Достаточно распространённая претензия заключается в том, что борьба с пробками в исполнении московской мэрии сводится к последовательному наступлению на автомобилистов, чтобы в итоге существенную их часть просто лишить возможности владеть личным транспортом. По разным основаниям противоречивый отклик экспертов вызвала антимигрантская риторика градоначальника, к которой он обратился после очередных безобразий, учинённых в столице её «гостями».

Однако лояльные настроения в отношении Сергея Собянина по-прежнему явно преобладают, что вылилось в его безусловное лидерство в «Национальном рейтинге», составленном по итогам всего года.

По оценкам экспертов «Национального рейтинга», нынешний год прошёл для Айсена Николаева (Республика Саха [Якутия]) и возглавляемого им региона тяжелее, чем предыдущий, чему имелся целый ряд объективных причин. Однако наработанные главой крупнейшего субъекта Российской Федерации авторитет и запас «имиджевой прочности» оказались весьма солидными. Во всяком случае, по результатам почти всех замеров экспертного мнения этот руководитель входил в ТОП-10 по России, выбыв из группы лидеров лишь однажды – после далеко не лучших результатов «Единой России» в единый день голосования. Однако по итогам года эксперты вновь определили для Айсена Николаева восходящий тренд, обосновав его успешной работой главы Якутии по целому ряду направлений, в том числе и в последние месяцы 2021 года.
Не раз отмечалось повышенное внимание Айсена Николаева к IT-сектору. То, что эти усилия не остались без внимания федерального центра, в ноябре публично подтвердил полномочный представитель Президента РФ в ДФО Юрий Трутнев. Строительство в Якутии первого на Дальнем Востоке креативного кластера будет завершено весной будущего года. На его возведение Якутия получит из федерального бюджета почти 413 млн рублей.

Отмечается снижение заболеваемости в республике COVID-19, что позволило не только смягчить досаждавшие многим жителям (но, разумеется, не заболевшим или их близким) ограничения, связанные с пандемией, но и избежать введения более серьёзных проивоэпидемических мер.

Под руководством Айсена Николаева Республика Саха (Якутия) вышла в число лидеров по росту промышленного производства. По оценкам аналитиков, этот показатель по итогам 2021 года составит порядка 18% по отношению к результатам предыдущего 2020-го года. В республике динамично развивается добыча полезных ископаемых. За минувший год в Якутии установлены рекордные показатели в добыче золота, угля и нефти. Стратегическое значение имеет «якутский газовый проект». Всё это привлекает в республику значительные инвестиции и уже сегодня создаёт тысячи новых рабочих мест.
Однако, наряду с этим, Айсена Николаева отличает исключительно большое внимание к проблеме экологии. Для контроля за уровнем парниковых газов, разработки технологий нейтрализации уже выброшенных газов глава продвигает создание в республике уникального карбонового полигона. Якутия является одним из лидеров по внедрению экологических технологий, в частности, технологий повторного использования отработанных материалов.

Практически все эксперты среди больших достижений Айсена Николаева упоминают настоящий прорыв в реализации многострадального проекта Ленского моста. Но этим работа главы Якутии по улучшению транспортной связности региона не ограничивается. Большим плюсом для республики является реконструкция участка БАМа, проходящего по её территории.

В плюс главе республики засчитано и переселение за год более 12 тысяч жителей из ветхого и аварийного жилья. В арктической зоне Якутии после почти трёх десятилетий перерыва начали строить многоквартирные дома. Бюджет региона имеет выраженную социальную направленность. Особое внимание аналитиков привлёк проект главы республики «Дети столетия», который предполагает выплаты из республиканского бюджета по 100 тысяч рублей каждому родившемуся в 2022 году якутянину.
В итоге по результатам 2021 года эксперты поставили в «Национальном рейтинге» Айсена Николаева на почётное 10-е место.


Далее здесь



Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх