ЖеЖ

50 492 подписчика

Свежие комментарии

  • Алла Дубинина
    Штаты мечтали о подобной им Европе- соединенные государства Европы- готовились к глобализации. Но как то...Польша начала с н...
  • Любовь Гульбасова
    Запрещено восхвалять период социализма? А как же демократия и свобода слова? Сплошная демагогия.Польша начала с н...
  • Владимир Пятицкий
    думал только у нас идиоты,там круче естьНакануне саммита ...

Влияние пандемии COVID-19 и карантинной политики на рынки труда: предварительный анализ данных.

Print Friendly Version of this pagePrint Get a PDF version of this webpagePDF

Снимок экрана от 2020-06-08 21-06-20Джонатан Ротвелл,  Ханна Ван Дри.

Понедельник, 27 апреля 2020 г.  Мировые лидеры обсуждают, когда и как возобновить бизнес-операции в условиях значительной неопределенности в отношении экономических последствий коронавируса. Один насущный вопрос заключается в том, удалось ли странам, которые остались относительно открытыми, избежать хотя бы части вреда для экономики и связан ли этот вред с распространением болезни вообще. С этим связан вопрос о том, какие формы помощи являются наиболее эффективными для сохранения отношений работодатель-работник и обеспечения основ для устойчивого восстановления после реабилитации экономики. Некоторые страны в значительной степени опирались на свою систему страхования на случай безработицы, в то время как другие отдали приоритет поддержке бизнеса, чтобы они не увольняли работников.

Чтобы пролить свет на эти вопросы, мы собрали данные по заявкам на пособие по безработице и связанным с ними выплатам из 20 богатых стран. С учетом необычных обстоятельств распространения пандемии и различий между странами в новых стратегических ответных мерах, включая введение программ по оказанию помощи предпринимателям, направленных на предотвращение безработицы, эти меры не могут дать нам сопоставимую шкалу экономического ущерба от пандемии.

Тем не менее, эти данные дают полезный предварительный обзор того, что происходит в разных странах, пока мы ждем более полных данных от статистических управлений.

COVID ликвидирует рабочую силу по всему миру

Содержание

С марта примерно 11,9% работников в 20 странах зарегистрировались как безработные или иным образом получили формальную помощь, предоставляемую благодаря государственной поддержке работодателей.

Это — примерно 58 миллионов человек.

Тем не менее, поскольку разные страны использовали разную политику в ответ на эпидемию, между ними наблюдаются огромные различия в том, подали ли пострадавшие работники на пособие по безработице или получили ли они пособия в рамках краткосрочной программы, предусматривающей финансирование предприятий для удержания своих работников. В целом, мы отмечаем, что 6,8% работников (33 миллиона) в исследуемой группе из 20 стран подали заявки на страхование по безработице через традиционные или расширенные системы пособий по безработице, тогда как 5,1% работников (25 миллионов) получили пособия по программам поддержки работодателей, предназначенные для покрытия большей части расходов на отпуск работников, чтобы сохранить их связь с предприятием.

Отличились Соединенные Штаты — там 14,8% своей рабочей силы обратились за пособиями по безработице (Рисунок 1), что является самым высоким показателем среди 20 исследованных стран. С другой стороны, в Германии в марте 2020 года фактически наблюдалось снижение доли работников, подающих заявки на страхование по безработице, даже несмотря на то, что, по оценкам, 20% немецких работников воспользовались краткосрочными пособиями, направляемыми правительством их работодателям (Рисунок 2).

Рис.1. Доля безработных в составе рабочей силы

Рис.1. Доля безработных в составе рабочей силы

Что касается более широкой проблемы того, как политика социального дистанцирования связана с экономическим кризисом, эти данные показывают, что нет четкой связи между социальным дистанцированием и степенью экономического ущерба [см.ниже сравнение Швеции с Данией. Прим.публикатора]. Между тестированием и смертностью существует умеренная негативная связь, но на данном этапе развития эпидемии экономика стран, которые подавили смертность, не находится в лучшем положении (в приведенной ниже таблице 1 обобщены эти данные).

Эти закономерности особенно очевидны в Скандинавии. Скандинавские страны, которые остались открытыми, такие как Швеция и Исландия, столкнулись с таким же уровнем экономического спада, что и страны с более жесткими ограничениями, например, Дания и Норвегия. Из этих четырех стран в Швеции зарегистрировано самое большое количество смертей на душу населения, в то время как Исландия использовала чрезвычайные меры в области тестирования и карантина в целях снижения смертности, несмотря на то, что предприятия и школы открыты.

Доля работников, сохранивших рабочие места благодаря госпрограммам поддержки их предприятий

Доля работников, сохранивших рабочие места благодаря госпрограммам поддержки их предприятий

Эти предварительные результаты не предполагают какой-либо значимой корреляции между подавлением заболевания и экономическими показателями, но они действительно предоставляют некоторые доказательства, иллюстрируемые примерами Исландии и Австралии: широко распространенное тестирование и карантин могут заменить серьезные ограничения деловой и социальной жизни, когда пандемия в разгаре.

Как получить своевременные сопоставимые международные данные?

Идеальным способом измерения экономических потрясений было бы проведение единого широкомасштабного обследования с использованием одних и тех же методов во всем мире. Богатые страны проводят эти обследования регулярно, используя согласованные методы для измерения таких понятий, как безработица, но эти данные не будут доступны в большинстве стран в течение нескольких недель. Например, результаты следующего крупномасштабного опроса США по рынку труда (проведенные в начале апреля) не будут опубликованы до 8 мая. Многие страны взвешивают решения о том, открывать ли данные и когда именно — даже в настоящее время.

Альтернативная стратегия заключается в использовании правительственных административных данных по заявкам или регистрации для страхования по безработице. Несмотря на то, что правила отбора в разных странах различны, можно с уверенностью предположить, что большинство людей, подающих эти претензии, либо потеряли работу, либо столкнулись с сокращением рабочих часов или зарплаты. При представлении данных за февраль и март (или после пандемического периода) мы берем разницу, чтобы попытаться выделить претензии, спровоцированные COVID-19.

Одним из осложняющих факторов является то, что критерии приемлемости для заявлений на страхование по безработице значительно изменились во многих странах в связи с пандемией. Мы готовы предположить, что кризис действительно затронул большинство заявителей о выплате пособий, поэтому, по нашему мнению, такое смягчение права на льготы обеспечивает более точное представление о кризисе экономики, чем обратная ситуация. Таким образом, наши данные учитывают изменение пособий с начала марта до самых последних данных (обычно аккумулируемых в начале апреля) и делят на февральские показатели рабочей силы. Это можно рассматривать как показатель смещения рабочих мест в связи с пандемией COVID.

Недавние исследования, проведенные компанией Gallup, показывают, что по меньшей мере вдвое больше рабочих были уволены, или им сократили часы работы в связи с COVID-19, чем подали заявки на страхование по безработице.

Этот коэффициент перемещения следует рассматривать как низкую оценку истинного вреда, с которым сталкиваются работники, по нескольким причинам. Не все, кто уволен или столкнулся с сокращением рабочих часов, претендуют на льготы, особенно если они считают, что такая ситуация кратковременна. В последние годы только около  40% безработных получали пособие в Соединенных Штатах, хотя, согласно анализу Райана Нанна и Дэвида Ратнера, доля соответствующих стандартам приемлемости среди потерявших работу — 70%.

У нас есть основания полагать, что анализ заявлений на пособие по безработице недооценивает ущерб для рабочей силы в США. Используя обновленные данные опроса Gallup, проведенного в связи с пандемией COVID-19 13-19 апреля, мы оцениваем, что 18% рабочей силы в США было уволено (в основном, на временной основе), а 33% рабочей силы было уволено на постоянной основе, либо же им сократили часы работы.

Аналогичным образом, ряд проблем, характерных для конкретной страны, усложняет связь между заявлениями на страхование по безработице и экономическим кризисом. Правила приемлемости, знакомство с системой льгот и отношения между работодателем или профсоюзом — все эти факторы, которые различаются как внутри стран, так и между ними, могут влиять на отношения между истинным изменением (рабочих мест, — прим. пер.) и его формальной регистрацией.

Кроме того, как мы обсуждаем, некоторые страны разработали альтернативные программы помощи бизнесу для того, чтобы у работников исчезла необходимость подавать заявки на страхование по безработице. По мере возможности мы стараемся найти оценки в отношении работников, задействованных в этих программах, и включить их в анализ.

В странах с устоявшимися краткосрочными программами для работников (например, Швейцарии) эти данные были легко доступны. В некоторых странах с новыми программами, таких как Соединенные Штаты, правительство не предоставило оценок их использования, тогда как другие страны, например, Новая Зеландия, выпускают прозрачные еженедельные отчеты о количестве работников, пользующихся новыми госпрограммами.

Худшее в обоих мирах: какие страны страдают сильнее всего от экономического кризиса и пандемии

Великобритания, Соединенные Штаты, Франция и Швейцария столкнулись с большим числом смертей на душу населения в результате пандемии COVID-19 и, согласно нашим оценкам, их экономика также пострадала.

В Соединенных Штатах недавно принятые законы укрепили систему страхования на случай безработицы, как ранее написали наши коллеги. Среди прочего, новые правила открывают льготы для работников с сокращенным рабочим днем, которые активно не ищут новую работу, а также работают не по найму. На момент написания заявления 12,2% рабочей силы США подали эти претензии. Ниже мы сопоставляем их с другими данными и рассуждаем о том, как сохранить отношения в формате работодатель-работник.

Программа защиты заработной платы в США была нацелена на устранение потребности в пособии по безработице, предоставляя малым предприятиям возвратные кредиты, если они сохраняют работникам заработную плату. Управляется частными банками. На данный момент неясно, насколько эффективно программа достигла цели, после множества жалоб на отказы в подаче заявок, непрактичные правила и ограниченное финансирование. Как сообщается, Конгресс США близок к принятию нового законодательства, которое предоставит программе дополнительное финансирование. Одно очевидное ограничение заключается в том, что оно не распространяется на половину рабочей силы США, занятой в крупных компаниях.

Коэффициент смещения в Великобритании, согласно нашим замерам, составляет 4,1%. Это — число людей (1,4 миллиона на момент написания статьи), которые подали заявку на получение универсального кредита через Департамент труда и пенсий. Этот кредит распространяется на работников, которые были уволены, либо им сократили рабочие часы. Одна из причин, по которой эти цифры ниже, чем в Соединенных Штатах, может заключаться в том, что Великобритания также внедрила «схему сохранения рабочих мест в условиях пандемии коронавируса«, которая покрывает до 80% заработной платы якобы уволенных, но на деле действующих работников, которые, тем не менее, остаются на предприятии. Газета The Guardian сообщает, что эта программа затронула около 1 миллиона рабочих (2,9% рабочей силы страны).

Во Франции работники были направлены в отпуск, а не уволены. Большая часть рабочей силы (8 700 000 рабочих) в настоящее время находится в условиях временной безработицы. Это означает, что компании могут снизить или сократить часы работы своих сотрудников, и правительство будет покрывать около 84% их заработной платы за нерабочее время. Эти цифры не включают фактические запросы на пособие по безработице, которые остаются низкими.

Швейцария, которая, как и Франция, столкнулась с большим количеством смертей от COVID-19 на душу населения, несмотря на относительно надежную политику тестирования и социального дистанцирования, иллюстрирует своим примером, как можно минимизировать потери. Данные Государственного секретариата по экономическим вопросам показали увеличение количества зарегистрированных безработных на 17802 за период с февраля по март, что свидетельствует о том, что экономический ущерб рабочей силе величиной почти 5 миллионов человек почти отсутствует. Тем не менее, на краткосрочную работу было зарегистрировано удивительно много рабочих — 1,3 миллиона (это схема, при которой швейцарское правительство выплачивает 80% любых потерь на оплату труда, аналогично французской программе, описанной выше). Это говорит о том, что 26% швейцарской рабочей силы столкнулись с сокращением рабочего времени.

Полные данные из Нидерландов отсутствуют, но пособия по безработице в Нидерландах практически не изменились, увеличившись только на 11 000 в марте. Одной из причин может быть то, что правительство внедрило схему (называемую «временными чрезвычайными мерами для сохранения рабочих мест»), чтобы оплачивать до 90% расходов на зарплату работникам компаний, которые потеряли не менее 20% доходов. Таким образом, согласно отчету, подали заявки более 100 000 компаний, но мы не смогли найти информацию о том, сколько именно рабочих пострадало.

С точки зрения работников, работодателей и экономики, увольнения на временной основе и сокращение часов, приносящие доход, намного лучше, чем прямое увольнение (или увольнение на постоянной основе). Практика доступна в 26 штатах США, но недостаточно часто используется, как утверждают экономисты Кэтрин Абрахам и Сьюзен Хаусман. В этом смысле Франция, Швейцария и Нидерланды, по-видимому, находятся в лучшем положении, чем Великобритания и Соединенные Штаты — две последних страны испытывают наибольшие трудности. Тем не менее, это — всего лишь предварительные выводы.

Подавление заболевания не должно убивать экономику

Успешное подавление болезней не должно повлечь за собой серьезные экономические потрясения для работников и владельцев бизнеса. Благодаря широкомасштабному тестированию и другим мерам подавления заболевания, Германии удалось ограничить число смертей на душу населения от COVID-19 до уровня, значительно ниже среднего глобального показателя для этой группы стран. В то же время, требования по безработице снизились. Это, однако, не означает, что экономика не пострадала. Скорее, смещение произошло благодаря субсидированным правительством отпускам. Германии приписывают новаторство в области европейских краткосрочных программ для работников, описанных в примерах Франции и Швейцарии. Во время Великой рецессии «kurzarbeit» сохранил рабочие места и, по сообщениям, помог восстановлению экономики Германии более быстрыми темпами. Сегодня мы нашли оценки, показывающие, что 20% немецких рабочих воспользовались программой в связи с пандемией.

Среди исследуемой группы из 20 стран ни одна не достигла больших успехов, чем Австралия и Новая Зеландия, в отношении летальных исходов от коронавируса на миллион населения в — всего лишь 3 (в среднем, показатель составляет 135 для этой группы стран). Обе страны приняли одинаковые меры по социальному дистанцированию, но Австралия продолжала открывать свои школы, а Новая Зеландия — нет. Тем не менее, хотя обе страны закрывали предприятия и поощряли людей оставаться дома, ни в одной из стран не наблюдалось значительного увеличения количества пособий по безработице. Что касается Новой Зеландии, то по состоянию на 17 апреля только 1,6% ее рабочей силы подали заявление на пособие по безработице (в рамках программы «ищущих работу»). Соответствующий показатель в Австралии составляет 3,8%.

Как в Австралии, так и в Новой Зеландии были созданы новые программы помощи бизнесу, чтобы сохранить отношения в формате «работник-работодатель». Новозеландское пособие для лиц, ищущих работу, обеспечивает людей наличными, если они либо безработные и ищут работу, либо работают неполный рабочий день, но ищут работу на полный рабочий день. Новая Зеландия свела к минимуму регистрацию для этого пособия, введя субсидию на заработную плату в связи с COVID-19. Работодатели и работающие не по найму работники с потерей дохода не менее 30% могут автоматически получать 585 новозеландских долларов (320 долларов США) за каждого работника, работающего полный рабочий день (за вычетом неполного рабочего дня) за каждую неделю в течение 12 недель. В обмен на это работодатели должны продолжать платить 80% доходов работникам во время пандемии. До настоящего времени 1,6 млн. работников — как работающих по найму, так и самозанятых — подали заявки на участие в программе, что составляет около 58% рабочей силы. Примечательно, что правительство Новой Зеландии также продемонстрировало удивительную открытость в отношении своих данных по оказанию помощи в связи с COVID-19, публикуя еженедельные статистические данные о количестве получателей по каждой из своих программ через Министерство социального развития.

Австралия создала систему JobKeeper Payment, которая предоставляет выгоду в размере 1500 долларов один раз в две недели для организаций, которые потеряли существенную часть дохода после пандемии. Программа была создана позже, чем новозеландские, но предварительные оценки показывают, что миллионы рабочих уже получили от нее выгоду.

Учитывая, что по показателю смертности на душу населения в среднем по 20 странам, Ирландия продемонстрировала меньшие успехи, чем Австралия и Новая Зеландия — по минимизации смертности на душу населения, она, тем не менее, внедрила аналогичную программу по облегчению работы бизнеса, которая называется «Схема субсидирования временной оплаты труда в связи с COVID-19». На предприятиях, потерявших 25% дохода и более, работникам может быть выплачена компенсация до 410 евро в неделю (443 доллара США). Текущие оценки предполагают, что затронуты 11,3% рабочей силы. Тем не менее, несмотря на эту программу, примерно такое же количество работников (что эквивалентно 11,4% рабочей силы до марта) подало заявку на участие в «Программе для ставших безработными в пандемию COVID-19«, которая доступна только тем работникам, которым работодатель больше не платит. Ирландские СМИ сообщают, что некоторые работодатели наняли уволенных работников, чтобы тратить субсидию на заработную плату, но большая часть пострадавших, похоже, прибегла к программам субсидирования безработицы. Таким образом, по сравнению с Новой Зеландией, казалось бы, гораздо большая доля ирландских работников разорвала отношения с работодателями.

Снимок экрана от 2020-06-10 19-23-19Снимок экрана от 2020-06-10 19-23-38Снимок экрана от 2020-06-10 19-23-54Снимок экрана от 2020-06-10 19-24-12Разнообразие подходов в Скандинавии

Несмотря на свое культурное сходство, скандинавские страны иллюстрируют широкий спектр экономических и общественных подходов к здравоохранению. Их опыт показывает, что минимальное социальное дистанцирование не спасает ни жизни, ни работу.

Исландия не закрыла свои начальные или дошкольные учреждения, не приказала людям оставаться дома или не закрыла предприятия. Самые строгие ограничения включают запрещение собраний, на которых присутствуют 20 и более человек. Вместо этого страна использовала свою биомедицинскую индустрию для тестирования чрезвычайно высокой доли населения (12,7%), что более чем в десять раз превышает среднее значение для выборки в 1,2%. Большинство обследованных исландцев не имели симптомов, что привело к карантину и отслеживанию контактов тех, кто наиболее вероятно распространяет вирус: бессимптомных, но зараженных людей. Эти усилия, по-видимому, привели к снижению уровня смертности, поскольку число смертей в Исландии на душу населения (28 на миллион) из-за COVID-19 составляет лишь одну пятую от среднего показателя по ОЭСР для исследуемой группы стран.

Несмотря на сочетание экономической открытости и эффективного подавления заболевания, экономике Исландии был нанесен значительный ущерб, в результате чего 9,7% ее работающего населения подали иски по безработице. До 21 апреля у правительства не было плана субсидирования предприятий, затронутых COVID-19, что может быть одной из причин, по которой столь значительная часть его рабочей силы подала заявки на пособие по безработице.

Политика Швеции, направленная на социальное дистанцирование, очень похожа на политику Исландии, но в стране было протестировано всего 0,9% ее населения, а число смертей составляет 198 на миллион, что намного выше среднего по Скандинавии и 20 странам в нашей выборке. Шведская экономика подверглась негативному воздействию, и в ближайшие недели она, вероятно, столкнется с более серьезной безработицей, но на момент написания этой статьи только 1,9% шведской рабочей силы зарегистрировались как безработные или подали заявки на пособия, связанные с сокращением рабочих часов. Еще 3,9% зарегистрировались для получения краткосрочных пособий (Korttidsarbete). Поэтому Швеция и Исландия пришли к разным показателям в экономике и результатам борьбы с заболеванием, несмотря на схожую экономическую политику.

Дания, с другой стороны, закрыла бизнес, ввела социальное дистанцирование и протестировала 2,0% своего населения, что является относительно высоким показателем. Это может объяснить, почему смертность в Дании примерно на треть меньше показателя летальных исходов в Швеции (68 смертей на миллион), но все же выше, чем в Исландии. Можно было бы ожидать, что закрытие бизнеса и социальное дистанцирование спровоцировали бы в Дании серьезные экономические трудности по сравнению со Швецией, но только 3,1% рабочей силы Дании зарегистрировались на пособие по безработице в период с 9 марта по 23 апреля.

Таким образом, Швеция и Дания приняли совершенно разные подходы к общественному здравоохранению, но достигли схожих экономических результатов, тогда как Дания свела к минимуму смертность благодаря более строгим правилам социального дистанцирования и коэффициенту тестирования в два раза превышающему шведский.

Наконец, как и Дания, Норвегия закрыла свои школы и социальные предприятия, такие как рестораны, бары, фитнес-центры и жилые помещения, которые требуют тесного контакта. Страна также внедрила надежный режим тестирования (тестирование 2,8% населения) и достигла низкого уровня смертности (34 на миллион), но она пострадала от резкого роста числа заявок на пособие по безработице, при этом еще 8,3% ее рабочей силы зарегистрировались как безработные в течение марта.

Причина, по которой требования по безработице в Норвегии выше, чем в Дании, может иметь мало общего с базовыми экономическими условиями и больше связана с выбором способа управления пособиями. Правительство Дании разработало новый план помощи, чтобы выплатить 75% заработной платы оставшимся работникам во время кризиса, тогда как Норвегия полагалась на свои традиционные льготы. По состоянию на 30 марта 11 000 датских компаний подали заявку на участие в программе. Таким образом, заработная плата будет по-прежнему поступать от работодателей, и лишь немногие работники регистрируются на пособия по безработице. С другой стороны, Норвегия, как и Соединенные Штаты, ослабила свои правила выплаты пособий по безработице, чтобы работникам было легче подать заявление. Работники, которым сократили рабочее время на 40% и более, теперь имеют право на получение пособий по безработице, которые заменяют 80% их заработной платы до определенных пороговых значений.

Поддержание трудовых отношений

Эти данные мало говорят нам о вероятности того, что работники сохранят свои отношения с работодателями на протяжении всего периода пандемии, и эти отношения будут иметь решающее значение для быстрого восстановления экономики. Поиск работы или работников является дорогостоящим процессом, и новым работникам часто требуется обучение и профориентация, прежде чем они начнут работать так же продуктивно, как те, у кого был опыт работы в организации.

Вероятность того, что американские работники сохранят свои отношения с работодателем, отслеживается с помощью компании Gallup Panel, которая с 13 марта ежедневно проводит опрос работников на темы, связанные с COVID-19. За неделю с 13 по 19 апреля мы обнаруживаем, что 15% работников, которые сообщают об увольнении в результате COVID-19, говорят, что маловероятно, что они вернутся на свою работу после завершения кризиса. Те, кто уволен навсегда, гораздо чаще говорят, что не вернутся, по сравнению с временно уволенными. На основании данных предыдущих десятилетий, которые показывают, что 60% безработных не возвращаются к своему работодателю, этот показатель в 15% представляется довольно низким. С другой стороны, это все еще относится к необычайно большому количеству людей — 4,6 миллионам рабочих из 29,5 миллионов, которые сообщают о временном или постоянном увольнении. Сохранение этого числа на максимально низком уровне должно быть приоритетом для государственных чиновников, отчасти потому, что временно уволенные работники гораздо меньше остаются безработными, чем работники, уволенные навсегда, как показывают исследования проекта Hamilton.

Простого выхода нет

Сохранение открытой экономики не спасло страны от серьезных потрясений. Заболевание по своей природе опасно, и люди корректируют свое поведение и расходы таким образом, чтобы уменьшить его распространение даже при отсутствии строгих правил. Разумеется, мировая экономика также находится вне контроля какой-либо одной страны и в настоящее время практически остановилась.

Тем не менее, некоторым странам удалось как сдержать вирус, так и сохранить устойчивые экономические отношения. Новая Зеландия, Австралия, Дания и Германия считаются наиболее успешными примерами в этом отношении, их опыт заслуживает тщательного изучения. Соединенные Штаты не добились хороших результатов, с высоким уровнем смертности на душу населения и значительным ростом требований по безработице, несмотря на крупномасштабные расходы Конгресса США. Подчеркнем, что это предварительные выводы.

Как в области экономики, так и в области здравоохранения кризис еще далек от завершения. Пандемия все еще находится на ранних стадиях, и в некоторых случаях вероятность ее реванша еще велика. Независимо от того, избежали ли страны, на данный момент худших последствий пандемии или столкнулись с бушующим кризисом, они могут, по крайней мере, минимизировать долгосрочный экономический ущерб, вкладывая средства в отношения между работодателем и работником.

Примечание. Авторы благодарят Сесилию Роуз, Гэри Бёртлесса, Райана Нанна и Ричарда Ривза за крайне полезные комментарии к предыдущему проекту. Авторы несут полную ответственность за любые допущенные ошибки.

Сведения об авторах:

Джонатан Ротвелл — cтарший научный сотрудник программы Metropolitan Policy.

Ханна Ван Дри — координатор программы «Будущее инициатив cреднего класса».

Оригинал в brookings.edu:

Перевод Алёны Юрченко

Рекомендуем прочесть

Let's block ads! (Why?)

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх