ЖеЖ

50 456 подписчиков

Свежие комментарии

  • Алексей Сафронов
    Путин - Герой России, недалеко от истины! Но, как мне кажется в его Служении Великой России, на самом деле заложен ку...Владимир Путин - ...
  • Серж Орлов
    Без помощи из вне человек не выжил бы на земле.Почему первые цив...
  • Неизвестно Неизвестно
    А теперь зайдем с другой стороны. Некий мебльный завод выпускает табуретки. У каждой табуретки четыре ножки. Хозяйств...Низкие зарплаты —...

Прогноз внешнеполитических отношений России

Прогноз внешнеполитических отношений России



В ГОСТЯХ: Олег Матвейчев, профессор Финансового университета при Правительстве РФ

ВЕДУЩИЙ: Алексей Голубев


А. Голубев― Здравствуйте, у микрофона Алексей Голубев, и я рад приветствовать в нашей студии Олега Матвейчева, профессора Финансового университета при правительстве России. Олег Анатольевич, здравствуйте.

О. Матвейчев― Здравствуйте.

А. Голубев― Мы сегодня обсудим самые актуальные темы, политические повестки. У нас и Путин с Лукашенко встретились вот здесь буквально недавно, и Афганский вопрос остается, в общем-то, горячим. Украина, Европа, США тоже никуда не делись. Но в первую очередь Олег Анатольевич, давайте всё-таки подытожим переговоры двух президентов России и Белоруссии. Довольно долго они, да. Там больше трех часов Владимир Путин и Александр Лукашенко разговаривали, были определенные ожидания по интеграции двух стран, может быть по углублению интеграции. Даже такие заголовки сейчас в СМИ мне попадались, что Путин, Лукашенко договорились об интеграции. В общем, могли бы вы дать свою экспертную оценку этой встрече, каковы ее результаты, и есть ли они вообще, эти результаты?


О. Матвейчев― Ну, результаты безусловно есть, и более того, это прорывные результаты. По большому счету с 97-го года, ну с тех пор, как собственно было заявлено так называемое союзное государство, были вот эти громкие слова, декларации и так далее… Вот большего прорыва, большего ну как бы движения навстречу друг другу, не было.
Все остальное время, вот эти по сути дела 20 лет, ситуация стояла на месте, ситуация была заморожена, и вот сейчас произошла что называется, разморозка этой ситуации. Что здесь очень важно подчеркнуть, да. Ну, результаты самой встречи я думаю все знают, пресс-конференция была, и повторять особо не имеет смысла, да. 28 соглашений подписано, все они касаются экономической прежде всего области, хотя некоторые из ни касаются объединения пространства нашего скажем так военного, да. Это очень важно, я думаю, сейчас на Украине очень будет много шума по этому поводу. Потому, что это по сути дела означает, что мы можем свои военные объекты, базы, войска, в том числе и войска ПВО, а может быть даже и войска, которые имеют и наступательный характер, вообще приблизить ближе что называется, к границам Европы. Ещё пока этого естественно никто не делал, но факт в том, что договоренность об этом есть, и она позволяет это делать. Что соответственно, резко снизит пыл у тех, кто говорит о том, что тоже на территории Украины можно разместить какую-то НАТОвскую инфраструктуру. Вот, дальше связь объединения пространства уже сейчас заявлено о том, что роуминг отсутствовать будет теперь, в Белоруссии теперь мы можем ездить со своими телефонами ничего не переплачивая, и так далее. Ну, вот там сейчас туристическое пространство, унификация в сфере трудового законодательства, то есть люди спокойно белорусы будут устраиваться у нас, а мы можем работать в Белоруссии, если кто-то захочет, да. Ну я думаю, что какие-то айтишники например могут захотеть, потому что большой Ай Ти сектор в Белоруссии, есть даже бренд международный «Белорусские программисты». Как это не странно, но да, в «Танчики» то много кто играют, это же в Белоруссии было изобретено. Вот, и 3,5% ВВП, вообще говоря это Ай Ти сектор как бы дает, да, Белоруссии, это очень не плохо. Кстати больше, чем та самая перепродажа российской нефти, газа, энергетиков это 2%, а тут 3,5. То есть, в этом смысле зависимость от собственного Ай Ти сектора в Белоруссии даже больше, чем от поставок наших энергоносителей, и от перепродажи их например на Украину, или в Европу. Ну и в общем, другие таки же соглашения, не видели мы только политических соглашений, ну что начнет там работать некий там парламент, там какое-то совместное большое правительство. Они там сейчас обсуждают конечно какие-то вопросы, но нету… Не создаются какие-то единые органы власти. Сказали, что это будет попозже, через шаг. То же самое по единому эмиссионному центру, единой валюте, это тоже как бы через шаг. Здесь что нужно подчеркнуть? У нас многие опасаются, что Белоруссия, это какая-то там ну, слаборазвитая экономика, и её мы там типа берем на буксир, и это как-то по нам ударит. Вот этого бояться совершенно не нужно, потому что из всех стран СНГ, Белоруссия с 90-го года, не смотря на то, что имела самые наверное, стартовые условия низкие, то есть, у них там ни моря нету, ни какого-то мега там производств каких-то, отверточные производства были только. Сельхозка, ну тоже как бы это не самый южный как бы регион мира. Вот они развивались самыми быстрыми темпами, опережая даже Россию, но и другие естественно страны. Вот, в два раза практически увеличено ВВП страны за это время, в шесть раз выросли доходы населения, и в общем-то экономика ну, скажем так, половина наших регионов России вряд ли могут похвастаться такой экономикой, как Белоруссия. Закредитованность экономики низкая, ну 60% ВВП. То есть, средняя закредитованность европейских стран выше 100% ВВП, да, а тут 60. То есть, они ещё и где-то могут занимать если надо, да. Вот, то есть здоровая, нормальная экономика, ниже прожиточного минимума живут один из 20-ти людей. То есть, у общем не плохой такой этот жирный кусок, скажем так.

А. Голубев― Простите что перебиваю, но если представить, что мы объединяемся вот прямо совсем по-настоящему. России то это что даст? Я не знаю, даст ли это что-то Белоруссии, да. Но вот нам, мы здесь в России живем, нам это интересно. Что нам это даст? Или опять только очередные санкции значит там.

О. Матвейчев― Нет, ну санкции, там у Белоруссии своих полно, и у нас их не меньше. Объединение экономик, значит если будут отсутствовать всевозможные таможенные барьеры и тому подобное, даёт снижение издержек, соответственно снижение цены на продукты. Например те же продукты белорусские, которые у нас там будут продаваться, они и сейчас продаются. Будут продаваться больше, и они будут по цене ниже, и они качественные, люди у нас с удовольствием покупают. Ну, это же не только они, есть же другие продукты, которые мы из Белоруссии берем. Это трикотаж, это кстати большегрузные автомобили «БЕЛАЗы» которые мы покупаем, а у нас знаете, какая отрасль огромная, связанная с углем с добычей, на карьерах угля, и так далее. Там белорусские «БЕЛАЗы» везде работают, поэтому мы это будем брать тоже соответственно дешевле. Они что-то будут у нас дешевле покупать, ну вот тот же самый нефть и газ, мы им выставляем как сказал Путин, на уровне прошлого года. При цене в Европе на газ сейчас 700, у них будет там 128, по-моему. Вот, это для них тоже хорошо, для роста их экономики. Ну, и такое, как бы… Мы их просто вытащили, что называется, из лап Европы. Дело даже не в том, что нам дает какой-то мощный, что называется рывок в развитии. Было бы плохо, если бы их Европа съела, если бы прошлогодняя революция завершилась ну, неким майданом, да. Свержением Лукашенко, гражданской войной. Ну, в общем-то тем, что сейчас есть на Украине, и если сейчас там страны НАТО, и их какие-то значит там военные объекты приблизились бы значит вот к российским границам совсем, да. Это было бы гигантское наше внешнеполитическое поражение, чего мы собственно говоря не допустили, хотя всё было на грани, мы помним это. И теперь мы мало того, что от этой угрозы избавились, ну мы ещё и сами наоборот, что называется приблизились к Европе, и не дали съесть что называется, братский народ. Вот это победа Путина я считаю очень большая, эти 20 лет боролись за эту Беларусь, Лукашенко очень сильно вибрировал в разные стороны, и посольство открывалось, Памперо обнимался. И даже значит, вот когда эта была провокация с вагнеровцами, он тоже был на грани такой истерики, и заявлял, что больше мы не друзья с Россией. Но вот видите, окончилось всё вот таким мощным объединением.

А. Голубев― Олег Анатольевич, а вот не возникает у вас ощущения, что Лукашенко, как вы говорите, продолжает вибрировать. Вот он приехал, вроде бы чего-то там подписали, обсудили, а в действительности вот новость, Дмитрий Песков, пресс-секретарь Владимира Путина говорит, что о единой валюте в России и Белоруссии, речь пока не идет. Но вот как говорят умные люди, что если единой валюты нету, то как бы и не единого экономического, не политического пространства не возможно.

О. Матвейчев― Энергетика больше играет роль, чем единая валюта. У нас сейчас — мы строим там атомную станцию, значит соответственно газопровод, поставки на их нефтеперерабатывающие заводы. Энергетика, это кровь экономики. И то, что мы интегрируем вот эти рынки, да. И что называется, делаем так, что белорусские предприятия будут получать вот этот вот наш газ, к нему что называется привыкнут, к нашей нефти, и так далее. Вот это объединение гораздо важнее, чем единая валюта. А единая валюта, никто же её не отрицал, они просто сказали, что мы сейчас пока просто синхронизируем системы, думаем о едином эмиссионном центре, как он будет функционировать, по каким правилам. Я думаю, через шаг это тоже можно будет сделать. Ну, а вибрировать Лукашенко собственно некуда, его затравили санкциями, вряд ли эти санкции кто-то снимет, пока он есть. Ну, а он человек молодой, и я думаю, что долго ещё собирается быть. И ему, собственно говоря, ну, как бы обратного хода нету, там в Европу, Литву, Польшу. Там настолько испорчены отношения, вы видите, какие там сейчас кризисы у них на границах, поэтому нет. И они сами толкнули его в объятия России, теперь уже обратного пути я не вижу.

А. Голубев― Да, но ещё по Белоруссии вот такой вопрос. После совместной встречи с Путиным, вот что сказал Лукашенко, комментируя возможные объединения России и Белоруссии: «Если понадобится, мы с ним (с Путиным) это сделаем элементарно. И если будет нужна ещё более тесная военно-политическая интеграция, мы это сделаем мгновенно, как только почувствуем запросы наших людей в России, и в Белоруссии». Вопрос, запроса такого нету в России, в Белоруссии. То есть, люди не хотят, или что?

О. Матвейчев― По социологическим исследованиям, порядка 69% молодых людей в России приветствуют, а если говорим старый возраст, пожилой, то это 90% приветствуют тесную интеграцию. Говорить о том, чтобы объединиться в единое государство, есть какое-то количество противников у нас, ну и наверное какое-то количество конечно в Белоруссии. Поэтому решили двигаться медленно. Если вот конкретно моё мнение хотите услышать, то я думаю, что в районе 24-го года, 23-го года, значит следующий шаг по интеграции произойдет и политической, и вот как раз единая валюта будет введена. Мне кажется, что это горизонт такой, 23-24 год.

А. Голубев― Подождем, посмотрим, хорошо. Я напомню, что в эфире радиостанции «Эхо Москвы» Олег Матвейчев, профессор Финансового университета при правительстве России. К другой теме перейдем, у нас новости приходят из мятежного Афганистана, где… Ну, как мятежного, там уже как будто бы всё и успокоилось, и даже вот талибы, запрещенные на территории РФ, собрали кабинет министров. Ну, вот должна была даже и его инаугурация состояться, но теперь они говорят нет, инаугурации никакой не будет. Что там за ситуация сейчас, и как это будет всё развиваться?

О. Матвейчев― Ну, там ситуация, как мы видели, это в общем крупнейшее наверное поражение, или катастрофа такая внешнеполитическая Соединенных Штатов. Потому, что конечно они рассчитывали, что несколько месяцев, или может быть, несколько лет продержится режим, после их ухода. Напомню, что режим Наджибуллы, после ухода советских войск продержался 3 года, и то он рухнул только после крушения Советского Союза, непосредственно уже. И был довольно всё-таки тверд. Здесь же произошло что называется, всё мгновенно, мы видели эти все некрасивые кадры, как общем-то убегают люди, бросили спецназ английский, бросили грузин и украинцев, которым пришлось прикидываться русскими, да, и тогда их пропустили. Значит, и оставили огромное количество оружия. Это наводит на мысль, что вот это оружие, оно начнет стрелять. Что будет гражданская война, и что будет некая экспансия, в нашу среднюю Азию. Вот здесь я бы охладил головы тех, что считает, что это так. Считаю, что ничего подобного не будет, основание у меня следующее. Первое, даже тогда, в те 90-е годы, когда среднеазиатские республики были крайне слабы в 90-е годы, да, когда Россия была крайне слаба, лежала что называется просто там на лопатках, да. Даже тогда не произошло экспансии Талибана, когда он пришел к власти в 90-х. Они занялись своими проблемами. Сейчас, когда и Средняя Азия и Россия сильны, двигаться в эту сторону, ну как бы это слишком рискованно, какое бы оружие у них не было. Ну и если уж говорить непосредственно про Среднюю Азию, и значит Россию, то среднеазиатские республики имеют большое количество ну, скажем жителей национальной принадлежности на территории Афганистана, это узбеки, таджики, которых там существенные проценты населения и для них это просто сквозь них пройти, да, и двигаться куда-то там на север… Какой смысл, это просто вступать в гигантскую, полноценную войну. Скорее, лучше вести экономическое сотрудничество. Проводить какие-то железные дороги, там торговать каким-то газом, нефтью, полезными ископаемыми. Что касается России, кстати скажу. Ещё с 60-х годов мы там строили электростанции, и гидроэлектростанции, и тепловые электростанции ТЭЦ. И кстати говоря, все 90-е годы, 2000-е, то есть последние все 30 лет, мы же их и обслуживали, Россия же их и обслуживала. Не смотря на то, что там была Америка, да, всё обслуживали мы, потому что это наши инженеры всё строили. И дальше их кстати нужно продолжать обслуживать, может быть даже что-то ещё и построить. У них есть какие-то экономические интересы, и они сами первыми приходят на какие-то инициативы. Плюс, они сейчас с китайцами, активно китайцы им идут навстречу. Потому, что им важно из Ирана, который дружественен к Китаю, ввести какие-то железные дороги, и поставки того же может быть там энергоносителей, полезных ископаемы, и Китай сейчас активно туда впрягается. Они будут заниматься своими делами, не думаю, что у них какие-то военные специальные цели есть, им нужно обустроить собственную мирную жизнь. Им там голод грозит, их могут просто свергнуть через полгода, через год собственные жители. Поэтому, конечно им сейчас не до экспансии, не до войны, а им нужно срочно решать вот продовольственные вопросы, экономические вопросы, социальные вопросы.

А. Голубев― А вот о возможном свержении вообще возможно говорить, потому что ну, Паншер конечно сопротивлялся, красиво но не долго сопротивлялся. И вроде бы, как всё-таки пал. Вопрос с этим закрыт, талибы, запрещенные в России пришли к власти вот уже окончательно?

О. Матвейчев― Думаю, что на ближайшее время они пришли к власти ну, так сказать, крепко. Конечно, они там разорили сейчас могилу Ахмад Шад Масуда, это не красиво в любом случае, и люди на это не очень я думаю, будут хорошо смотреть. Понятно, что есть, и будут какие-то партизаны в Панджерском ущелье, и вокруг. Будут вот те же самые Узбеки, последователи Дустума, и те же самые часть таджиков будет сопротивляться. Но до серьезной борьбы, и до серьезного какого-то восстания, гражданской войны, похоже дело не дойдет. Проблемы могут возникнуть через полгода, через год, если они не решат каких-то проблем. Но думаю, что вот здесь Китай прежде всего, он уже в эту тему вклинился, он будет их снабжать просто кредитами для того, чтобы они решили там продовольственные, экономические вопросы. Ну, а дальше инфраструктурные проекты, о которых я говорил. То есть, можно начинать там строить прежде всего какие-то может быть железные дороги, и начинать развивать вот эти что называется торговые пути, караванные пути, и зарабатывать на вот этом посредничестве.

А. Голубев― Мы сейчас сделаем небольшой перерыв на новости. Я напомню, в эфире радиостанции «Эхо Москвы» Олег Матвейчев, профессор Финансового университета при правительстве России. Продолжим после перерыва.

НОВОСТИ

А. Голубев― Я напомню, в эфире радиостанции «Эхо Москвы» Олег Матвейчев, профессор Финансового университета при правительстве России. Давайте вернемся к нашим, более близким насущным вопросам. Вот президент Украины Владимир Зеленский сказал, что для его страны существуют, не исключил в общем, полномасштабной войны с нами, с Россией. Как вы считаете, такая война, что она, действительно возможна, она что, назревает? С какой стати он об этом говорит?

О. Матвейчев― Ну, на протяжении всех лет, там после 14-го года украинская пропаганда говорит о том, что вот ещё через некоторое время нападут, нападут, нападут. То есть, во-первых сначала говорили, что мы на них напали, именно Россия, да. И значит там типа Донбасс именно Россия захватила, а это не было ополчением, да. И что мы уже ведем войну, и вот они героически якобы остановили наше вторжение. А дальше они вот говорят о том, что мы и дальше вот захватим, захватим, захватим, и так далее. Проблема Украины состоит ровно в противоположном, проблема состоит в том, что мы её не хотим захватывать, да. У нас своих собственных проблем много, и никто из наших я думаю избирателей не готов тратить гигантские деньги на то, чтобы самую нищую страну в Европе, а это сейчас, с Украиной именно это случилось, они вместе с Молдавией самые нищие страны., чтобы мы их вытягивали, и за счет собственного благополучия значит помогали им, да., захватив их страну, начали бы так сказать кормить, и решать их социальные проблемы. Конечно, мы этого не хотим, не будем этого делать, и опасения так сказать, эти напрасны. Поэтому, это просто чисто пропагандистская история. Однако, было заявлено Путиным, и по дипломатическим каналам, и даже в открытую, чтобы всем было окончательно ясно, что если Украина посмеет решить вопрос Донбасса военным и силовым путем, то тогда это будет означать ликвидацию украинской государственности. Ну, здесь мне кажется, расшифровывать сильно много не надо, ликвидация украинской государственности собственно будет означать, что мы будем оказывать военную помощь Донбассу. Не просто её окажем, да, как это было в случае там например с Южной Осетией, но уже собственно чтобы больше этих угроз не возникало, купируем этот вопрос раз и навсегда, то есть собственно говоря, там уничтожим сам субъект, который так сказать, пытается решить военным путем всю эту историю. То есть, разгром военной группировки, и тому подобное. Воевать с Украиной. всерьез это обсуждать ну, не возможно. Дело в том, что у нас армия, как сказал Шойгу, на 70 с лишним процентов обновлена, военная техника, и так далее. То есть, на одно-два поколения, российская армия опережает украинские ну, в общем-то довольно архаичные вооруженные силы, деморализованные, и так далее. В принципе, эта война, она как говорится дело нескольких дней, потому что у нас есть радиоэлектронное оружие, которое выводит из строя любую их технику. То есть, не будут включаться и работать вся электроника, то есть, они просто будут слепыми, и глухими. У нас есть самолеты, а у них отсутствуют и самолеты, и полноценное ПВО. Поэтому, соответственно там нанесение каких-то ударов по узловым точкам… Не по людям, не по городам по мирным и так далее, а просто по узловым штабным точкам, оно просто сделает армию толпой, которая просто будет разбегаться. Побегут они в Киев.

А. Голубев― Простите, но всё-таки 7 лет, да. С 14-го года Украина тоже сложа руки не сидела, я имею в виду, в плане армии. Кроме того, у них, всё-таки, за ними как-никак партнеры иностранные есть, да. Вот Байден буквально на днях заявил, что США продолжит оказывать и политическую, и военную поддержку Украине, в противостоянии с Россией.

О. Матвейчев― Ну, мы же видели, чем они помогают. Посылают какие-то резиновые лодки, какие-то пакеты значит там перевязочные для солдат, там какие-то бронежилеты, джипы, и так далее. Даже там пресловутые «Джевелины», если они появятся, они не окажут существенной помощи, потому что мы не будем как бы вот так на земле, что называется, воевать. Я же сказал собственно про самолеты, про тактическое оружие, и прочее. То, что они там вооружались, то что они делали, это всё делалось ну, в каких-то смешных там рамках что называется, и ещё раз говорю, количество танков, которые они увеличили, оно вообще не будет играть никакой роли. Потому, что эти танки даже, ну, им команду никто не сможет отдать, потому что не будут работать никакие командные пункты, и не будет работать связь в случае, если мы начнем ими заниматься предметно. Поэтому заявление Байдена, это просто такой пиар, это просто для успокоения там нынешней власти, что вот за нами там стоит США, и так далее. НАТО конечно не пошевелит пальцем, Украина тем более не член НАТО. Для того, чтобы как-то там помочь и спасти. И кстати говоря напомню один смешной может быть эпизод, но он очень существенный. Когда Байден ещё был уполномоченным так сказать по Украине, да. Когда он приезжал туда, и наши два пранкера Вован и Лексус дозвонились Порошенко от имени Байдена. И был такой разговор, кстати его никто не отрицал, это подлинный разговор, где Порошенко ну, якобы пьяный, да. Как вот Лексус и Вован его изображали, значит в порыве говорил Байдену, что мы сейчас нападем, у нас тут есть все силы, я считаю, что сейчас самое время типа нанести удар по российским войскам в Донбассе, и так далее. И Байден, который пока ещё не догадался, что это не Порошенко, он говорил ему, что ни в коем случае нельзя этого делать, вы сделаете подарок Путину. Если вы сейчас нападете на Донбасс, Путин воспользуется этим, и вас просто уничтожат, вообще всю Украину, армию, и государство. Ни в коем случае, говорил он. То есть, отговаривал его. Я не думаю, что позиция Байдена с тех пор поменялась, и он хочет чтобы вот такой подарок что называется, достался Путину, да. Чтобы значит Украина перешла под контроль России. Поэтому, пока будет вот эта вялотекущая ситуация, они конечно же будут поддерживать правительство Зеленского до следующих выборов, дальше попытаются какую-то новую марионетку там избрать. Если экономика Украины сама это всё ещё выдержит, потому что экономическая ситуация там крайне тяжелая.

А. Голубев― Олег Анатольевич, ещё одна важная новость, «Газпром» объявил о полном завершении строительства газопровода «Северный поток-2», уже с октября пойдет газ по трубе, как утверждается. В общем, вот это каким образом изменит геополитическую, экономическую не знаю, обстановку в европейском регионе?

О. Матвейчев― «Северный поток-2», это очень мифологизированная история. Нам всё время пытаются представить его, как некое детище неких договоренностей между Россией как государством, и Германией. И якобы, вот ещё и США теперь сели за стол переговоров, и с Германией вели какие-то переговоры. А Украина требует, чтобы и они стул придвинули, и им Германия давала какие-то гарантии, и прочее, и прочее. Мы всё время рассуждаем в каких-то страновых терминах. На самом деле нужно понимать одно, что субъектами создания «Северного потока-2» являются не страны, это не договоренности между российским государством, и немецким государством. Это коммерческий проект, который осуществляет частная компания «Газпром». Да, понятно, что здесь 50% с лишним акций у российского государства, но вообще это Акционерное Общество. И такие же Акционерные Общества других государств, и не только в том числе и немецких. Это крупнейшие субъекты, крупнейшие корпорации Европы. Их там четыре, это значит австрийская компания, которая… Там они через прокладки участвуют, через своих как бы юридических лиц, поэтому ну, смысл кто за кем стоит, да. По моему в Гортина находится крупнейшее газовое хранилище в Европе. Так вот компания, которая владеет этим гортинским хранилищем, она стоит, в том числе за этой историей, то есть Австрия. Дальше Германия, два крупнейших концерна. То есть, компания Uniper, крупнейший энергетический концерн германии. Uniper, дальше Wintershall, это дочка прямая крупнейшей в мире, не только в Европе, а в мире нефтехимической компании концерна «Басф». То есть, вот кто там. И да, и французы по-моему там «Тоталь», или какая-то ещё там энергетическая компания. То есть, крупнейшие гиганты Европы, крупнейшие мировые энергетические компании участвовали в «Северном потоке-2», и участвуют, и вложили туда деньги. Причем они вложили, когда вкладывали, когда всё это начиналось, они естественно действовали по имеющимся на тот момент законам. И если сейчас в одностороннем порядке Европа, или Германия, или кто-то изменит эти законы, как они кстати пытаются немножко там делать, то это приведет к огромным искам этих компаний, и к тому, что там скажем немецкое правительство, или какое-то иное, должны будут выплатить гигантский ущерб. Это не только вложенные деньги, там 10 или 12 там миллиардов, а там они кстати по земле проложили уже много трубопроводов. Это ещё и значит проценты, которые бы набежали, плюс упущенные выгоды, плюс еще что-то и так далее. Ну, то есть грубо говоря тому, кто хотел бы это всё остановить, нужно было бы потратить там 25-30 миллиардов евро. Ни Америка, ни кто бы то ни был, такие деньги за то, чтобы убрать «Северный поток-2», платить не намерены. Плюс и немцы, и французы, и все прекрасно понимают, что газ из России делает конкурентоспособными их экономики, то есть делают более дешевыми так сказать их товары, дешевый газ. Соответственно более дешевые товары, они лучше продаются, и проще. Вот, а иной любой газ более дрогой, соответственно удорожает цены их товаров, да, и услуг, и соответственно менее конкурентоспособная экономика. Ну, и наконец соперничество с Польшей, у Германии. Если отказаться от нашего трубопроводного газа, то значит в Польше нужно принимать сжиженный газ там скажем из Катара, из Америки, из других мест. И тогда, газовым хабом Европы становится Польша, а не Германия, каковая она сейчас. Ну, и зачем Германии делать такой подарок Польше? Конечно, она этого делать не будет, и не делает, и не сделала. Вот, поэтому изначально все разговоры о том, что не будет «Северного потока-2» обречены были на провал. Все вместе, совместно и немцы, и французы, и австрийцы нашли способы, как всё это обойти, все санкции, и прочее. «Северный поток» достроен, никаких гарантий Украине никто не дает. Гарантия Украины, на самом деле, она со стороны России есть. Мы не собираемся после 24-го года отказываться от украинского транзита, мы не хотим, чтобы замерзали в домах славяне, и дружественные нам братские люди, да. Мы не хотим, чтобы встали украинские предприятия, мы не хотим до катастрофы доводить эту страну на самом деле. Несчастную, но тем не менее, братскую. Заблудшую, да, там погрязшую в каком-то фашизме, но тем не менее, для нас всё равно ещё раз говорю братскую, и родную. Вот, поэтому конечно мы будем давать им какой-то транзит, всё равно они будут прокачивать, всё равно они будут получать какие-то деньги для поддержания штанов, что называется. И пусть они не беспокоятся, что значит, вот мы там до такой степени их там как-то доведем. Конечно, будем поставлять.

А. Голубев― Спасибо вам большое, мы обсудили самые актуальные политические темы вместе с Олегом Матвейчевым, профессором Финансового университета при правительстве. Спасибо вам, и до свидания.




Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх